Царский сплетник

— С каждого боярского удела, — начал диктовать Гордон, — предоставить в распоряжение Стрелецкого приказа по тысяче холопов мужеского полу в возрасте от восемнадцати до сорока лет.

Бояре дружно застонали.

— С каждого боярского роду взять по пять тысяч золотых в пользу казны на закуп вооружения и снаряжения формирующегося войска.

Бояре схватились за головы. Казначей радостно потер руки, почти беззвучно шевеля губами. Судя по всему, он уже прикидывал, сколько с этого поимеет, если пустит эти деньги в оборот.

— А также, — продолжил царь, — обеспечить войско за счет боярских уделов продовольствием и фуражом. Написал?

— Да, — кивнул писарь, посыпая чернила песком, — изволите подписать?

— Ваше царское величество, — встрепенулся казначей, — мне кажется, по пять тысяч на войско с боярского рода мало. Ви даже представить себе не можете, какие страшные нынче цены. Думаю, сумму надо как минимум удвоить.

Тут уж боярская дума буквально взвыла. Только апеллировала она теперь не к царю-батюшке, а к его прекрасной половине:

— Царица-матушка! Не погуби!

Бояре дружно рухнули на колени и поползли к трону. Первым добрался до него Буйский, глава боярской думы. Он вцепился в сафьяновый сапожок Василисы Прекрасной и в отчаянии начал его лобызать.

— Защити, царица-матушка! И войско на чужбине сгинет, и царь-батюшка, не приведи господи, оттуда живым не вернется, да и мы по миру пойдем с ентой войной!

— А и впрямь, сокол мой ясный, — нежно погладила супруга по руке Василиса Прекрасная, — неужто без войны никак не обойтись?

— Нет!

— А я вот думаю, можно, — мягко возразила царица.

— Какой? — дружно выдохнула боярская дума."

"— А что, если иначе наказать этих зазнавшихся бриттов. Почему бы нам в пику им не создать свою газету? Лучше аглицкой, а, бояре? И царь-батюшка возрадуется, и бриттам нос утрем. Дело, кстати, я слышала, очень полезное для дел государевых.

— Царица-матушка, сколько?!!

— Я думаю, по тысяче с каждого боярского рода будет больше чем достаточно.

— Благодетельница!!! — возликовали бояре.

— Для начала, — подняла руку Василиса Прекрасная, — чтоб дело на ноги поставить, а потом по сто золотых каждый месяц на содержание штата.

— Чего-о-о?

— Сотрудников газеты, — мило улыбнувшись, пояснила царица.