Предатели, что плели интриги за моей спиной и стремились к власти, сурово наказаны. Справедливость восторжествовала. Теперь, когда угроза миновала, я жду тебя, Инар, в замке. Здесь все готово к твоему возвращению. Твоя комната, как всегда, готова принять своего хозяина, да и дел накопилось невпроворот. Если честно, хочется просто скорее тебя увидеть и поговорить по душам. Возвращайся, сын. Дом ждет тебя. С любовью, твой отец, князь Вильгельм.
Инар закончил читать письмо, и в избушке повисла тишина, такая звенящая и плотная, что казалось, можно было услышать, как бьется мое сердце.
Я смотрела на него, пытаясь прочитать что-то в его лице, разгадать, что он чувствует. Но он был непроницаем, словно ледяная глыба.
Я вроде как и ждала этого, знала, что скоро этот момент настанет. Мы оба это понимали, когда позволили страсти поглотить нас – никаких обещаний, никаких обязательств. Только здесь и сейчас, только то, что есть между нами в этом лесу.
И все же, несмотря на все эти разумные доводы, в груди поселилась тоскливая пустота.
Инару надо было уходить, к своему долгу, к своей семье, к своему будущему, где его ждали трон, подданные и, возможно, династический брак. А я… я останусь здесь, в этом лесу, одна, среди вековых деревьев и шепчущих трав, храня в сердце лишь воспоминания о нашем коротком, но таком ярком романе. И хотя я знала, что так и будет, почему-то все равно было больно.
– Ну что ж, – попыталась я произнести как можно более небрежным тоном, словно речь шла о погоде, а не о нашей разлуке, – Завтра утром пойдёшь?
Я старалась скрыть свои чувства, сделать вид, что меня это совершенно не трогает.
Что наше время вместе – это просто приятное приключение, пикантная глава в моей одинокой лесной жизни, которая подошла к концу. Но внутри меня бушевала настоящая буря. Сумятица, тоска, обида… Я злилась на себя за то, что позволила ему так глубоко проникнуть в мое сердце.
Он посмотрел на меня, и в его глазах я увидела… что-то похожее на грусть? Или мне просто хотелось это увидеть, чтобы оправдать свою боль и надежду?
– Нет, – тихо ответил он, и этот ответ прозвучал как приговор.
– Я пойду прямо сейчас. Не люблю долгих прощаний. Они только усложняют все.
– Прямо ночью? – вырвалось у меня, прежде чем я успела подумать.
– Элис, ну я же оборотень, – усмехнулся Инар, и в его улыбке промелькнула тень печали. – Что может случиться с волком ночью в лесу? Ночь – это мое время.
– Ты прав, – сказала я тихо, опустив голову и стараясь не расплакаться.
