Ситуация достаточно серьезная.
Карл взлетел с фонтана и снова уселся ко мне на плечо.
– Здравствуйте, господин Герхард, – ответила я, стараясь скрыть волнение. – Благодарю за теплый прием. Я готова оказать всю необходимую помощь Ее Светлости. Скажите, что случилось? Как я могу помочь графине?
– Ее Светлость решила прокатиться верхом, – ответил он, – но, к сожалению, не смогла справиться с лошадью. Она упала и повредила ногу.
– Ну и ну! Вот тебе и аристократка! Не умеешь ездить - сиди дома! – Карл хмыкнул, и я еле успела сдержать смешок.
Я кивнула и последовала за Герхардом. Управляющий шёл впереди быстро и уверенно, словно знал каждый камень в этих стенах, и я едва успевала за ним. Наверное, он здесь родился и вырос. Его спина была прямой, а походка - четкой и отточенной.
Мы миновали несколько коридоров, украшенных гобеленами с изображением охотничьих сцен, где изображались аристократы в дорогих одеждах, охотящиеся на оленей и кабанов. И рядом – портреты хмурых аристократов, глядевших с полотен на меня суровыми взглядами.
«Интересно, кто все эти люди? Наверное, предки князя Вильгельма и графа Инара.»
Карл фыркнул:
– Какие кислые лица! Им явно было не до веселья!
Я шикнула на него:
– Прекрати, Карл, а то оскорбишь кого-то и мало нам не покажется. Помни, мы здесь гости.
Мы поднялись по широкой лестнице, устланной мягким ковром. Каждый шаг отдавался приглушенным эхом. Всё вокруг было пропитано властью и богатством.
Наконец, Герхард остановился перед дверью, обитой бархатом тёмно-вишнёвого цвета и украшенной золотой филигранью, изображающей те же волков, что и на флюгерах, и тихо постучал.
– Ваша Светлость, лекарь Элис прибыла, – произнес он, склонив голову.
Из-за двери послышался слабый стон, и управляющий, не дожидаясь ответа, открыл дверь и жестом пригласил меня войти.
Дорогие читатели!"
"Если вам понравилась книга, поставьте, пожалуйста, лайк и добавьте книгу себе в библиотеку. Ваша поддержка очень важна для меня! Заранее спасибо.
Глава 21
Комната, в которую я вошла, оказалась просторной и роскошно обставленной. Тяжелые, бархатные портьеры на окнах, расшитые золотыми нитями и украшенные кистями, приглушали дневной свет. В центре комнаты, на огромной кровати с балдахином из тончайшего шелка, цвета слоновой кости, лежала графиня Амалия.
Бледное личико, обычно, наверняка, веселое и беззаботное, сейчас было искажено гримасой боли.
