Целительница для князя

– Что случилось? – удивляюсь я.

– Госпожа, шнуровка на вашем платье затянута абсолютно не так, как затягивала я, – сообщает она с ложным равнодушием.

Я дрогнула на долю мгновения, но этим выдаю себя с головой.

– Я зацепилась за ветку и потянула. Пришлось завязывать заново, – безмятежно объясняю я. Моё объяснение никуда не годится, но другого в голову не приходит.

Лара ещё раз кланяется и уходит за чаем.

У меня есть минут пять? Интереснее расспросить Розика о магии, о том, что я могла получить в храме, но это разговор долгий, не хочу, чтобы нас прервали в самый интригующий момент, так что своё нетерпение придётся держать в узде.

А пока можно закрыть ещё один мучающий меня вопрос:

– Розик, – я пересаживаю его на стол. – Ты как?

– В порядке, хозяйка.

– Я буду рассуждать вслух, а ты слушать и подсказывать. Договорились?

Розик забавно хмурится, явно не совсем понимая, чего я от него хочу. Ничего, втянется.

– Хозяйка?

– Юные леди на чаепитие показались мне довольно безликими. Пусть платья пошиты на заказ, но фасоны сходные, ткани в светлой цветовой гамме.

Немного злословия, немного яда, много сиропа. Их реплики – сплошное поддакивание. Они не кусали первыми, но с удовольствием набрасывались на подставившегося, особенно если кто-то подаст пример. Из серпентария выделяется Миелла. С одной стороны, она именинница и устроительница приёма, с другой стороны она всё ещё дочь графа. Почему дочь герцога для неё не авторитет? Она держалась со мной как с равной, я не почувствовала, что между нами в иерархии есть хоть какая-то разница, а ведь разница есть. Герцог и граф – разные ступени.

– Граф Бальс пользуется благосклонностью короля.

– Причина? – должна быть причина. – Ладно, давай дальше. Катарина. Вот уж леди-загадка. Ты упомянул, что её родители нетитулованные аристократы, то есть в иерархии лордов они на последней или предпоследней ступени. Она должна вести себя тихо, как мышка, как зубастая мышка. Как те леди, из которых я ни одну не выделила.

– О, я знаю, хозяйка.

– Да?

– Её отец богат, баснословно богат.

Катарина всегда делает уместные, но при этом очень дорогие подарки.

– Ага, то есть, фактически, приглашения в высокие дома она покупает. Но это не объясняет, почему она держалась с нами на равных. Репутация дороже. Ни за какой подарок Миелла не стала бы терпеть её высокомерие.

– Многие аристократы у отца Катарины брали в долг значительные суммы.

– Дуралеи. Так, а герцог ат Шуа тоже в долгах?

Розик вздыхает.

Получается у него очень мило.