За всё время, что мы живём в этом доме, я лишь раз выходила на базар — и всё. Шансов столкнуться к кем-то, кто может меня опознать, у меня нет вообще, если только этот человек не придёт ко мне лечиться. Но что делать послу у скромной целительницы в торговом квартале? Верно, нечего. В посольствах свои целители имеются.
А вот становиться придворным целителем означает поставить под удар свою семью. Нет, как бы я ни переживала за малыша Эррола, к которому уже успела привязаться за это время, даже ради него согласиться я не могу.
Но, возможно, удастся найти компромисс.
— Как велика ваша семья? Я имею в виду живущих во дворце, тех, кто находится под присмотром королевского целителя, — спросила я, и в ответ на удивлённый взгляд короля, пожала плечами: — Говорю же, прежде я ничем этим не интересовалась.
— В данный момент нас там только трое — я и Эррол с Рэйнардом. По выходным, во время увольнительных, бывает Вилмер. Олдвен, наш средний брат, предпочитает жить с семьёй в нашей летней резиденции на восточном побережье, появляется лишь когда его присутствие во дворце необходимо.
Более дальние родственники тоже живут в своих поместьях.
— А ваша мама? — про отца решила не уточнять. Корона переходит к наследнику только после смерти предыдущего короля. Бывает, конечно, и смена власти, как у нас, но здесь явно не тот случай.
— Она не живёт с нами. После смерти отца ушла в обитель Богини-Матери, посвятив себя служению ей.
— Оставив ребёнка? — если Вилмер учится в академии, то ему не больше двадцати двух лет, значит, осиротел он ещё ребёнком.
— Для неё замолить свой надуманный грех оказалось важнее заботы о ребёнке, — сухо ответил король. Он явно осуждал поступок матери. Я тоже. — В любом случае, у Вилмера были мы с Лориндой и, как могли, заменили ему родителей.
— Что же за грех, да еще и надуманный, ей показался таким важным? — не удержалась я. — Ой, извините. Я перехожу все границы, знаю.
— Я сам открыл их для вас, — усмехнулся мой пациент. — Просто не распространяйтесь о том, что узнаёте от меня, хорошо?
— Я, конечно, академию не кончала и целительскую клятву не приносила, но главных принципов придерживаюсь.
И то, что узнаю от своих пациентов, за стены моего кабинета не выходит. Разве что сам король личным указом потребует от меня иного.
— Действительно, я и забыл, что являюсь вашим пациентом. И про единственное исключение для нарушения целительской клятвы мне тоже известно, — развеселился король. Потом посерьёзнел.
