А раз уже половина нашей семьи теперь обосновалась в Винторпе — пусть даже и в академии, — то был смысл и нам перебраться именно сюда. У меня уже была выправлена лицензия на занятие целительством, всё официально, налоги я тоже платить буду, но учитывая, что здесь народ будет платить за лечение звонкой монетой, а не лукошком яиц или отрезом домотканого полотна, доход мой вырастет в разы, с такого и налог заплатить не жаль. Нет, всё равно жалко, конечно, но оставшегося вполне хватит на безбедную жизнь.
Дети со мной согласились.
Им тоже хотелось жить в столице и быть поближе к старшим. Да и учителей я им здесь смогу найти, а то самоучки ведь, магию свою «на ощупь» осваивают. Тут даже была школа для таких вот, магически одарённых детей, чьи родители не могли позволить себе частных учителей. Я-то могла, но деньгами лучше лишний раз не светить, хватит того, что я дом оплатила наличными, без банковского кредита. Но банки хранили личные дела клиентов в секрете, а частные учителя, посещающий дом простой целительницы — это уже подозрительно.
А второй причиной переезда, которую я никому не озвучила, было то, что хотелось и для себя какой-то личной жизни. Мне уже двадцать пять, и не случись в нашем королевстве переворота, останься жива наша семья — я бы уже лет семь-восемь как была замужем, растила бы своих собственных детей и знала бы, что такое ласки мужа не только по романам, которые когда-то тайком таскала из запретной части библиотеки."
"Нет, шанс узнать о мужских ласках на собственном опыте у меня был — ухажёров хватало и в деревне.
Да только предлагали мне не честный брак, а тайные встречи на сеновале, какой же парень захочет вешать на себя кучу чужой ребятни? А любовницей я быть отказывалась. Да, сейчас я простолюдинка, давно с этим смирилась, но кто я такая — помнила. И всё равно считала, что не дело это — леди, троюродной племяннице короля, пусть и свергнутого, с мужиками на сеновале обжиматься. Честный брак — ещё можно было бы принять, если бы человек понравился и к малышам моим добрым был, а так — до свидания.
Несколько раз самым настырным пригрозить пришлось, что отсушу самое важное, да и сыновья дядьки Рула самых приставучих ухажёров кулаками вразумляли. Эта семья взяла нас под своё крыло и, по сути, спасла. Не представляю, что бы мы без них делали, как бы выживали.
— Мам, пошли уже! — Бейл топтался возле меня со стопкой книг в руках. Книги — одно из того немногого, что мы забрали с собой из прежней жизни, которую уже второй раз круто меняли.
