А я чувствую себя, как в самой настоящей сказке!
Нереальной, умопомрачительной, такой, которая никогда не случается в жизни.
Все страшное уходит на задний план, растворяется в ослепительном зимнем солнце, в золотых бликах, что играют на почти нетронутом снегу. В его запахе, что дурманит голову даже сейчас, после всего, чем мы занимались.
От жара его тела и бьющегося так громко сердца, что я слышу его, как свое собственное и даже громче. Или мне только кажется?
Снимает перчатку, прижимается губами к внутренней стороне ладони, а мне плакать от счастья хочется.
Весь груз прежнего, тяжелого, тает в этом сказочном зимнем дне. В этом взгляде, от которого сойти с ума можно. Взгляде, который нежной лаской ложится на мое лицо. На мои губы.
Останавливается на них и темнеет. А я замираю, не в силах ничего сказать.
— Это волшебно, Влад, — наконец выдыхаю, расплываясь в самой блаженной улыбке. — Спасибо тебе. Спасибо!
— Это так мало. По сравнению с тем, чего бы мне хотелось с тобой, — запрокидывает голову и смеется таким мальчишеским смехом, которого и не ждала от такого грозного и влиятельного мужчины.
— Все будет, Даша. Будет. Только дай мне немного со всем разгрестись.
Преодолеваю ту странную робость, которую до сих пор к нему чувствую.
Сама тянусь, обвивая его шею. Звонко целую в губы и хохочу в ответ на его пораженный, недоуменный взгляд.
— Никто меня еще так не целовал, — ошарашенно произносит Влад, проводя пальцами по собственным губам. И заливисто хохочет снова.
— Ты как чистое зимнее небо, Даша.
Как новогоднее предчувствия праздника. Ты самый настоящий новогодний дар с небес. Хоть мне казалось, что самое настоящее проклятье.
Притягивает меня ближе, хватая рукой за бедра, и я снова начинаю дрожать, опаляясь жаром его тела, пронзающего меня даже через плотное пальто Влада.
— Мой дар, — шепчет, накрывая мои губы поцелуем.
Настоящим. Жадным. Властным. Таким, которому невозможно не поддаться.
Тяжело дышу, когда, наконец, отпускает.
Смотрю по сторонам, пытаюсь отделаться от наваждения.
А Влад снова хохочет, не давая отстраниться, снова притягивая к себе, усаживая на колени.
— Моя, — шепчет, впиваясь пальцами в мои волосы, безнадежно растрепывая их.
И я хохочу, обнимая его. И все кажется таким простым. Таким легким.
Мы просто пара. Пара, которая сходит с ума друг от друга. В такой момент так просто быть счастливыми!
Даже не замечаю, как долго мы едем.
Карета останавливается, — и я снова забываясь, приоткрываю от удивления рот.
«Горячий снег».
