Цена моей одержимости

А тут тебе дается, — движение языком по нижней губе заставляет еле слышно простонать и сгрести пальцами шелковое покрывало, — свобода действий. Без особого фанатизма.

Резко отстраняется, лишая меня своего адского тепла. Восстанавливаю учащенное дыхание. Свожу вместе ноги, дабы избавиться от пульсации. И просто наблюдаю, как Тимур, молча, выходит из комнаты, уезжая на строительный объект, откуда вернется очень и очень не скоро.

Глава 34

Алиса, три недели спустя

— Алиса, когда ты вернешься? — вместо приветствия из трубки раздается строгий голос мамы.

 — Тебе не место в том… доме. Отца скоро выписывают. Тебе нужно быть с семьей, а не с этим… мерзавцем.

— Мама, прошу тебя. Давай не будем поднимать тему наших взаимоотношений с Тимуром. Все равно ни к чему хорошему это не приведет.

Пролистываю ленту новостей, чтобы хоть что-то узнать о расследовании аварии на строительстве гостиницы в Воронеже. За последний месяц мало что изменилось. Лишь только пресса мусолила изо дня в день, какие все сволочи и что о безопасности тут мало кто думал.

Словно кто-то решил изрядно подпортить репутацию Тимура, который не покладая рук, пытался во всем разобраться. Даже о своих частых звонках позабыл. Иной раз напишет сообщение, а потом пропадет на несколько дней.

Да, возможно я и скучала по нему. Хотелось услышать его голос. Посмотреть на него по видеосвязи. Но в тоже время эта внезапно появившаяся свобода меня очень обрадовала. Я часто встречалась с подругами, лишь бы не находиться в одном доме с любопытной прислугой.

Да и Дина уехала к родителям, а потом и вовсе с друзьям куда-то отправилась. Так что я была избавлена от ее общества, как и от посещений Ирины Львовны.

Странно, но мама Тимура в его отсутствие не прибегала с угрозами и не шантажировала. Она просто ушла в режим тишины. Не знаю даже к добру ли это или нет?

— Алиса, ты меня вообще слушаешь?

Вот о моей маме такого не скажешь. Последнее время мы с ней все чаще и чаще разговариваем по телефону, иной раз ссорясь. Она требует от меня рассказать всю правду про мое пребывание у Воронцова.

А я всегда съезжаю с темы.

Ведь не могу ей рассказать о нашей сделке. Что деньги на операцию и спасение компании появились в результате, так сказать, продажи моего тела бывшему парню.

— Мамуль, через пару дней я смогу вернуться.

Я очень соскучилась по маме. Да и папу хочется видеть не на больничной койке, а в родном доме. Ему нужно возвращаться в былую форму, а то совсем похудел, осунулся и стал старше своих лет.