Цена моей одержимости

Или это от меня? — Папа поправится. Он вернется из больницы живым и здоровым. Пережил же лихие 90-ые, — стараюсь как-то ее взбодрить, хотя сама только лютый холод ощущаю.

Особенно перед очередной встречей с Тимуром. Тем более на его территории.

— Ты на машине или с водителем? — вытирает слезы, помогая мне сложить еще парочку вещей в чемодан.

— На машине, — не хватало еще, чтобы Сергей увидел, к кому я поехала.

Доложит ведь сто процентов. Потом ошарашенная мама прибежит забирать дочь из лап негодяя, с которым когда-то рассталась.

— Я позвоню тебе, дочка, когда отца на операцию повезут.

Вместе спускаемся вниз. С комода забираю сумочку и ключи от машины. Сжимаю их так крепко, что ладони покалывает от боли.

Мне страшно. Жутко до ужаса. Я не знаю чего ожидать от Тимура. Он никогда не простит. Но я и так всю боль несу в себе. И у него есть все основания меня ненавидеть.

— Не волнуйся, мам, — запихиваю чемодан в багажник, — я надолго не задержусь у Венди.

Сажусь за руль. Кое-как включаю зажигание и выезжаю с территории особняка. Как умалишенная наблюдаю в зеркале заднего вида за стоящей на пороге мамой, махающей мне на прощание. Верящей, что я скоро вернусь в родной дом. И что все будет как прежде.

Нет, Задорожная, прежде уже ничего не будет. После этого месяца… рядом с Тимуром ты точно вернешься полностью опустошенной, разбитой и… униженной.

Плотину прорывает. Слезы градом текут из глаз, застилая весь обзор.

За грудиной печет. Внутренности стягиваются в тугой узел. Адская боль пронзает тело. Словно раскаленным железом к нежной коже прикоснулись. Боже, почему так больно?

Я ощущаю себя грязной, мерзкой девкой. Которая едет к парню, чтобы раздвинуть перед ним ноги и быть послушной игрушкой целый месяц.

Выполнять его прихоти. Следовать приказам. Отдуваться за все эти пять лет, что мы не виделись.

И если раньше у нас была сплошная идиллия, то сейчас лишь темные тучи висят над головами. А под ногами в любой момент может оказаться непроглядная бездна.

Воронцов сам может меня туда скинуть, наблюдая сверху за полетом и громко смеясь. Или же в его голове совсем другие мысли закрутятся."

"Громкий клаксон автомобиля раздается сзади. Дергаюсь, выкручивая руль и чуть не врезаясь в синий Рено. Водители явно матерятся и сыпят мне на голову проклятья.