Цена моей одержимости

Но и вам стоит кое-что узнать…

Решаюсь все ему рассказать. Раскрыть свою израненную душу отцу Тимура. Пусть знает причину моего побега, которая может изменить его доброе ко мне отношение.

— Прости, Алис, — достает из внутреннего кармана телефон. — Полковник Воронцов, — внимательно слушает собеседника. — Да вы там что, совсем оху…обнаглели? — рычит в трубку. Вот теперь передо мной настоящий военный, никому не дающий спуска. — Буду через пятнадцать минут. И чтобы все исправили, — крепко сжимает в руке смартфон до хруста корпуса.

 — Извини, милая, но, похоже, наш разговор придется перенести. Дела.

— Я все понимаю, Андрей Семенович, — натянуто улыбаюсь.

На душе так гадко и погано.

— Только не пропадай из города. Будь умничкой, — подзывает официанта. — Сдачи не надо, молодой человек. Увидимся, Алиса.

Андрей Семенович покидает кафе и, сев за руль внедорожника, резко срывается с места. Видно что-то серьезное на работе произошло.

Я же, отодвигаю от себя все тарелки с едой. Аппетит совсем пропал после рассказа Воронцова-старшего.

На языке горечь, как будто противную таблетку проглотила. А живот неприятно крутит. Не выдержав, сбегаю в туалет. Надо успокоиться и в порядок себя привести. Унять дрожь и неконтролируемое чувство тревоги.

Умываюсь. Упираюсь ладошками в края раковины и тяжело дышу. Такое ощущение, что кто-то веревкой обвязал все тело, намереваясь кости раздавить и превратить внутренности в кашу. Мне плохо. Как будто все жизненные силы высосали. Подчистую.

За спиной хлопает дверь.

Слышится звук каблуков. Я уже не одна в туалете, а значит, пора возвращаться в зал. Не хватало еще, чтобы посторонняя женщина видела мое состояние.

— Ты? — встречаюсь с надменным, ядовитым взглядом серо-голубых глаз.

Глава 32

Алиса

— Уже переключилась на мужчину постарше, дорогуша? Сын не устраивает, на отца глаз положила?

— Что за чушь ты несешь? — только этой брюнетки для полного счастья мне и не хватало.

— Я видела, как ты с ним любезничала. Как ластилась перед ним словно кошка.

Потекла на радостях?

Катенька прислоняется к двери, не давая мне выйти. Ядом брызжет из глаз и поганого рта. Совсем, похоже, с ума сошла, раз подумала, что я и Андрей Семенович…

Бррр, бред какой-то. О таком и думать то не стоит. Тем более говорить.

— Отойди, — тянусь к ручке, но меня грубо отталкивают к раковине. — Послушай, я не намерена с тобой воевать. Нет настроения.

Снова делаю рывок к двери, но Катя хватает за запястье и слегка его сжимает.