Цена твоего прощения

Хотя, не удивительно в два часа ночи, наверное, спать уже пошла. Уже почти прошёл мимо комнаты, когда боковым зрением заметил ком в углу дивана.

Кире нравилась эта комната, с камином и огромными дверьми-окнами в сад. Сжалась в комочек в углу дивана, книжка на коленях... ""Витязь в тигровой шкуре"" Шота Руставели. Помню, я его так и не осилил.

Понимаю, что сон сморил, пока она меня дожидалась. Чего спрашивается ждала? Волновалась? Собиралась встретить и накормить? Был бы зверем, сейчас бы довольно рычал, а так просто скалюсь.

- Сабир? Я... Там ужин...

- Тихо, сам поем. А ты спи! Всё, закрывай глаза! - тихим шёпотом ей на ушко.

Не прошло и минуты, а она уже снова посапывала у меня на плече. Забавная. Ни черта меня не боится. Впрочем, я ей всё поганое в своей жизни не показываю. Достаточно того, что она уже увидела в тот вечер, когда я её нашёл.

Вдруг подумалось, что Шасим с напарником могли её ко мне не привести, и она наглоталась бы своих таблеток. Нет, не стоит думать о дурном. Всё случилось, как случилось. И по-другому даже и быть не могло.

Утро началось с уже привычного холодного душа и похода в зал. Благо, всего-то и надо, что на первый этаж спуститься. Случайно бросил взгляд в зеркало, когда руки нагружал. Стоит, в руках какой-то конверт, а сама смотрит и глаз не отводит. И вижу тот самый мерцающий отблеск, появившийся в глазах.

Ну, по дому я голышом не расхаживаю, только в зале позволяю себе остаться в одних штанах. Буквально кожей чувствую её взгляд, скользящий по моей шее, плечам, груди. Ноздри трепещут, щеки краской залились...

Медленно опускаю гантели, замечаю, как её взгляд как приклеенный движется за моей рукой, разгибаюсь и резко дергаюсь вперёд, клацая зубами.

И почти до слёз смеюсь, потому что моя шкодная лисичка ветром уносится из зала, потеряв по дороге конверт.

У Киры сегодня выходной, пусть отдохнёт, а то первый месяц она у меня каждый день с утра и до вечера над своими балансами и прочими шифровками сидела. Тем более вчера полночи не спала, вот и решил, пусть отоспится.

За завтраком она бросает на меня взгляды, думая, что я не замечаю. Но покрывающиеся румянцем щеки её выдают. Вот и пусть весь день думает и вспоминает увиденное, не мне одному изводиться.