Цена вопроса. Том 1

Вообще-то эту даму Шарков не любил ни капельки, и ничего, кроме раздражения, сей литературный образ у него не вызывал, но имя «Настя» так хорошо подходило к серенькой изящной кошечке с зелеными глазками!

Случилось это четырнадцать лет назад. Уж какой там образ жизни вели предки разродившейся в подъезде кошки и ее сердечного дружка – неизвестно, но котята у нее получились на редкость здоровыми и совершенно разными. Ганя, при покупке выглядевший невнятного цвета комочком, превратился в огромного кота с длинной пушистой рыжей шерстью, а Настя так и осталась небольшой, изящной серой кошечкой с явными признаками дальнего родства с «британцами» и «шотландцами».

Болели они крайне редко и вылечивались легко и быстро, кушали с неизменным аппетитом, хозяина своего обожали и беспрекословно слушались, всех остальных людей боялись, ненавидели и презирали."

"Так и жил бывший сотрудник милиции, долгие годы прослуживший в ОБХСС, со своими двумя кошками. Жена его, мать Валерия Олеговича, давно умерла, почти сразу же после того, как самого Олега Дмитриевича неожиданно и довольно грубо вытолкали со службы на пенсию: шел 1989 год, разрастались, как грибы, частные предприятия торговли и общественного питания, которых прежде не было, и, конечно же, нашлись желающие занять должность, позволяющую стричь купоны с новоявленных предпринимателей.

Если свободной должности не оказывалось, следовал телефонный звонок «откуда надо» руководству или заносился пухлый конверт, и вскоре в службе борьбы с экономическими преступлениями появлялась вакансия. Иногда удавалось уговорить занимавшего нужную должность сотрудника выйти в отставку, возраст и выслуга позволяли. Иногда достаточно было заплатить, и человек радостно вспархивал с насиженного места. Но порой приходилось прибегать и к более жестким мерам. Именно так, жестко и нагло, был отстранен от должности майор Шарков, к рукам которого за все годы не прилипло не то что копейки – даже пылинки. Его грубо и явно подставили, после чего пригрозили возбуждением уголовного дела и вынудили написать рапорт об отставке и хлопнуть дверью.

Времена для семьи Шарковых наступили тяжелые. Валерий, боготворивший отца и выбравший вслед за ним стезю служения правосудию, тогда был еще капитаном милиции, работал в уголовном розыске обычным опером и помочь Олегу Дмитриевичу ничем не мог, разве что моральную поддержку оказывать.