Цена вопроса. Том 1

Люша

…Уехав днем из гостевого домика на водохранилище, Дима и Люша добрались до работы, после чего разделились. Дима быстро нашел возможность получить нужные сведения и остался у себя в кабинете проводить экспертизы и писать заключения, а Люша отправилась к родственникам потерпевших.

Родители убитого в 2016 году двадцатилетнего Виктора Юрьева ничего нового не рассказали, повторили то, что и так записано в материалах дела: сын любил бывать в одиночестве, ни в ком не нуждался, мог часами просиживать в сквере на лавочке или на берегу водохранилища и о чем-то думать.

В квартире, где проживал до своей смерти двадцатисемилетний Егор Анисимов, дверь Люше открыла молодая женщина, находящаяся, судя по размерам живота, на седьмом-восьмом месяце беременности, сестра погибшего, Ольга Любавина, в девичестве – Анисимова.

– Я думала, никто уже давно не ищет убийцу Егора, – горестно проговорила Ольга. – К нам только в первые дни все время приходили из полиции, а потом и перестали.

– А зачем вас дергать, если вы все рассказали? На самом деле работа не прекращается, просто родных уже не трогают, – выдала ей Люша утешительную ложь.

– Почему же вы сейчас пришли, если считается, что мы все уже рассказали?

– Потому что есть такая закономерность: пока человек помнит то, что он говорил, он именно это и будет повторять, даже если его просят вспомнить еще какие-нибудь детали.

– А-а, – протянула Ольга. – Ну да, понимаю. А что я должна вспомнить?

– Все, что касается вашего брата. Друзья, девушки, разговоры, телефонные звонки… Все, что вспомните, особенно незадолго до гибели. Или после гибели, – добавила Люша.

Зачем она произнесла эти последние слова – девушка не знала. Никогда прежде она этого не говорила. Словно толкнуло что-то изнутри.

– После гибели? – удивленно переспросила Ольга. – Но мы с мамой и об этом рассказывали, нас же несколько раз спрашивали, не приходил ли кто-то к Егору после того, как… Ну, в общем, после того. Не звонил ли кто. Нас спрашивали.

– А когда спрашивали, не вспомните? – зачем-то настаивала Люша."

"– Наверное, в первую неделю после того, – беременная женщина старательно избегала слов «смерть», «убийство» или «гибель».