Рывком расстегнул ремень и молнию, стянул боксеры и высвободил большой член. Едва вспомнил о резинке, достал презерватив, раскатал по всей длине и подтянул девушку к себе, вынуждая встать на колени и упереться локтями в кровать.
– Пожалуйста, – услышал ее бессвязное лепетание, будто она сама не знала, чего хочет.
Вошел в нее и чуть не взревел, настолько узкой она была. Мышцы ее лона так плотно сжимали его член, что Тимур боялся пошевелиться. Девушка непроизвольно заерзала и Цербер стал двигаться.
Быстро, ритмично, жестко.
Долбился в нее, впиваясь пальцами в бедра и раскачивая ее податливое тело в такт своим движениям. Проникал до упора и почти полностью выходил из нее, но только чтобы врезаться снова и вырвать стон удовольствия.
Ее тело покрылось испариной и теперь девушка сама двигалась в такт Церберу. Выжимала из него все силы, заставляя едва сдерживаться, чтобы не кончить.
Но нет.
Он хотел видеть, как она задрожит под ним, как сожмет простыни в кулак и выкрикнет его имя охрипшим от страсти голосом.
Пара резких движений бедрами и шлепок по ягодице. Тимур обхватил рукой ее живот, опустил руку ниже и надавил на клитор, провел по нему рукой и зажал между пальцами, продолжая ритмичные толчки члена. Услышал, как задержала дыхание, как едва выдохнула и снова затаилась.
– Давай, девочка. Кончай.
Разжал пальцы, ударил пару раз по клитору и услышал протяжный стон.
– Вот так, хочу слышать твои стоны.
Мышцы ее лона сжались вокруг члена, а тело забилось в конвульсиях. Пара покачиваний бедрами, и Тимур с рыком кончил, буквально вжимая ее в себя.
Глава 2. Аня
– Нет, девочка, рано, – услышала над ухом, когда уже готова была кончить, взорваться от наслаждения. – Потерпи.
Как? Как можно потерпеть, когда от одних его резких толчков кружилась голова и хотелось кричать еще. Орать как ненормальной и просить не останавливаться.
– Я… не… могу… – едва выдавила и тут же почувствовала, как он вышел из меня.
Что? Почему? Захотелось разочарованно застонать и протянуть к нему руки, но я едва сдержалась.
– Еще рано, очень рано, – его хриплый голос возбуждал не меньше.
Въелся под кожу, заставляя тело покрываться мурашками, а разум туманиться. Я не понимала, почему так хочу совершенно незнакомого мужчину. Почему от одного взгляда его темных, как зерна кофе, глаз, внизу живота скручивался спазм, заставляя стыдливо сжимать ноги? Я хотела его и ничего не могла поделать со своим телом.
Разум не слушался, хотя я действительно не понимала, что происходит.
