Чайная роза

После ухода от Родди они переезжали с места на место почти десять часов. Первой остановкой стал ломбард, где она купила саквояж. Когда Фиона достала из кармана двадцатифунтовую бумажку, чтобы расплатиться, на прилавок упал синий камень, который ей подарил Джо. Владелец ломбарда осмотрел камень и спросил, не хочет ли она его продать.

«Зачем он мне? — подумала Фиона. — Джо больше нет; к чему хранить то, что вызывает болезненные воспоминания?»

— Сколько дадите? — спросила она.

— Фунт и шесть шиллингов.

Сумма ее удивила.

— Ладно, два фунта плюс саквояж. Это мое последнее слово.

Она захлопала глазами. Целых два фунта и сумка в придачу? Этот человек просто чокнутый! Нужно соглашаться, пока он не передумал.

— А больше нет? — спросил он, положив камень в карман.

— Нет, но у меня есть вот что. — Фиона сняла с пальца кольцо, подаренное Джо, и протянула ему.

— Ну, много оно не стоит.

— Договорились, — сказала Фиона, довольная сделкой.

Потом девушка уложила вещи в саквояж и отправилась на Коммершл-роуд. Она очень нервничала. Казалось, вот-вот из-за угла выйдет Шихан и положит руку на ее плечо. Когда они с Сими сели в кеб, Фиона слегка успокоилась. Кучер доставил их на вокзал Ватерлоо, после чего сестра и брат пошли к кассе. К ее огорчению, выяснилось, что последний поезд ушел двадцать минут назад. Она приобрела два билета на утро, а потом купила себе и Сими чай и сандвичи с беконом.

Фиона откинулась на спинку сиденья и стала соображать, что делать дальше. Нужно как-то добраться от вокзала до пассажирского порта. Лучше всего сделать это на кебе. Конечно, дорого, но так они не заблудятся. Сими проснулся за несколько минут до прибытия в Саутгемптон, и Фионе хватило времени, чтобы надеть на него ботинки и куртку. Едва они вышли из вагона, как брату потребовалось в уборную.

— Потерпи, — сказала Фиона. — Я не знаю, где здесь туалет.

Пока они шли по перрону, Фиона заметила рекламный плакат «Чая Бертона» и вздрогнула. Она и не догадывалась, что у Бертона такие длинные руки. Чем скорее они с Сими очутятся на пароходе, тем лучше.

Наконец она нашла дамский туалет и отвела туда брата. Когда Сими закончил, она вымыла ему руки и лицо. Потом Фиона умылась сама, достала из лифчика еще одну двадцатифунтовую банкноту и положила ее в карман.