Чайная роза

Он провел девушку через спальню — типично мужскую — в огромную ванную, отделанную белым каррарским мрамором, с восточным ковром на полу, двумя раковинами, большими настенными зеркалами в рамах и необъятной мраморной ванной в середине.

Он открыл краны и стал рыться на полках, разыскивая какое-нибудь душистое масло. Там не было ничего сладкого и цветочного.

Только лайм, лавровишня и сандал. Что ж, сандал так сандал. Он налил жидкость в воду, размешал, дождавшись появления пены, достал полотенца и оставил Фиону одну.

Спустя несколько минут Уилл забеспокоился, постучал в дверь и спросил:

— Все в порядке? Тебе больше ничего не нужно?

— В порядке. Только немного одиноко.

— Хочешь, чтобы я составил тебе компанию? Я отвернусь.

— Все равно ничего не увидишь. Тут столько пены! Как будто сидишь в меренге. Сколько масла ты налил?

— Наверное, перестарался, — смущенно ответил Уилл, входя в ванную. — Извини, обычно это делает мой дворецкий… Ну что, выпьешь глоточек? — Он подтянул к ванне табурет, сел и протянул ей бокал.

Фиона пригубила его, закрыла глаза и вздохнула от удовольствия. Уилл взял махровую салфетку и потер ей шею и плечи.

— Ах, как приятно… — промурлыкала Фиона. Тогда он потер ей лицо и шутливо сказал:

— Все, ты уже чистая.

Она сделала еще глоток.

— Знаешь, Уилл, у тебя здесь как в замке. Я чувствую себя принцессой, которой не грозит ничто на свете. Ничто и никто.

— Фиона, со мной ты всегда будешь в безопасности. Никто не посмеет причинить тебе вред. Никогда. Честное слово.

— Ты замерзла. Сейчас дам простыню.

Он пошел к ореховому бельевому шкафу, занимавшему всю стену, и начал открывать и закрывать дверцы, пытаясь вспомнить, где, черт побери, лежат махровые простыни.

— Ага! Вот они, — сказал он. Фиона встала и отвернулась. По ее телу струилась вода. Увидев ее изящную спину, узкую талию и круглые розовые ягодицы, Уилл прошептал себе: — Спокойствие.

Макклейн обошел ванну с другой стороны и протянул Фионе простыню. Руки девушки были скрещены на груди, влажные волосы прилипли к коже. Вода стекала по ее гладкому животу, бедрам, ляжкам цвета слоновой кости и темному треугольнику между ними. Уилл старался не смотреть, но это было выше его сил.

— О боже, видела бы ты себя… Ты такая красивая, Фиона, такая красивая…

— Да? — сказала девушка так тихо и беззащитно, что у него сжалось сердце.