Чайная роза

— Ну, во всяком случае, больше твоего. — Джо наклонился и поцеловал ее в шею. — Я знаю, как доставить тебе такое же удовольствие.

— Значит, это приятно?

— И на что это похоже?

Джо задрал ей юбки, несколько секунд возился с завязкой трусов, потом проник внутрь и начал ласкать ее ляжки, удивляясь, что кожа может быть такой шелковистой. Когда его пальцы нащупали нежную расщелину, девушка напряглась и уставилась на Джо, широко раскрыв глаза.

Он слышал ее участившееся дыхание и собственный шепот в темноте… И вдруг зазвонил колокол церкви, находившейся в двух улицах отсюда.

— Ох, нет… Чтоб мне провалиться! — отпрянув, воскликнула Фиона. — Я забыла о времени! Уже девять! Мать спустит с меня шкуру. Она подумает, что меня убили. Бежим скорее!

Они возились в темноте, застегивая пуговицы и оправляя одежду. «Вот так всегда, думал Джо. — Долго еще нам украдкой обмениваться поцелуями в грязных переулках или на берегу реки?»

Фиона ломала голову, пытаясь придумать причину опоздания. Обратный путь до Монтегью-стрит они проделали бегом.

— Ну вот, тебя еще не успели хватиться, — сказал Джо, целуя ее на крыльце.

— Надеюсь. По крайней мере, отца нет дома. До завтра. — Фиона хотела уйти, но обернулась, чтобы посмотреть на Джо в последний раз. Он стоял и ждал, когда за ней закроется дверь.

— Двенадцать и шесть, — напомнила Фиона.

Джо улыбнулся в ответ:

— Ага, моя радость. Двенадцать и шесть.

Кейт Финнеган посмотрела на лежавшую перед ней груду белья и застонала. Простыни, скатерти, салфетки, блузки, тонкие ночные рубашки, лифчики, нижние юбки… Потребуется немалое искусство, чтобы рассортировать это добро и положить его в корзину.

— Лилли, скажи своей хозяйке, что за такую кучу ей придется заплатить вдвое! — крикнула она из чулана миссис Брэнстон.

В чулан заглянула жилистая рыжая ирландка, работавшая у миссис Брэнстон горничной.

— Конечно скажу, миссис Финнеган, но дай вам Бог удачи. Вы же знаете, какая она прижимистая. Зимой снегу не выпросишь.

— Я бы с удовольствием, но не хочу причинять лишние хлопоты.

— Пустяки, — весело ответила девушка. — Хозяйка ушла на Оксфорд-стрит за покупками. И теперь не вернется целую вечность.

— Тогда ставь чайник, детка.

Закончив укладывать белье, Кейт села за кухонный стол. Лилли заварила чай и поставила на стол тарелку с печеньем. Они разговаривали, пока чайник не опустел. Кейт рассказывала о детях, а Лилли — о своем молодом человеке.