Чайная роза

Дэви видел, как ее карета свернула на Гросвенор-сквер, видел, как она вошла в дом номер шестнадцать. Затем он нашел контору Джо Бристоу в Ковент-Гардене. А потом пришлось выяснить, на какой пристани выгружают чай для его магазинов.

«Он хочет причинить ей вред, — сказал внутренний голос. — Ты знаешь это, не так ли?»

«Этого всего лишь письмо, — снова мысленно ответил Дэви. — Какой вред может быть от письма?»

«Это смертный приговор. В твоем кармане лежат деньги, запятнанные кровью».

«Я сделал это для Лиззи. Все, что я делал, было ради Лиззи».

«И убил ты тоже ради Лиззи?»

— Я никого не убивал! — вслух сказал он.

«Ты стоял рядом, когда он убивал ее отца. А сейчас делаешь то же самое».

— Нет! — крикнул он и ударил кулаком по стойке.

— Дэви, малыш, что с тобой? — спросил трактирщик.

— Н-ничего, Пит. Вот тебе за пиво. — Он бросил на стойку монету. — Мне пора.

Дэви вышел из паба не торопясь, но вскоре перешел на бег. Последние десять лет он жил, сознавая, что виновен в смерти Патрика Финнегана, и эта мысль съедала его заживо.

Кеб замедлил ход на углу Саутгемптон и Тависток-стрит. Дэви сунул кебмену деньги и выскочил, не дожидаясь полной остановки.

Обратный адрес на конверте гласил: «Дж. Бристоу, 4, Тависток-стрит, Ковент-Гарден». Но Бристоу не посылал ей записку. Дэви обязан был сказать ему, кто это сделал. Может быть, Бристоу что-нибудь придумает.

О’Нил пробежал несколько ярдов, отделявших его от номера четыре. На медной табличке значилось «ОПТОВАЯ ФИРМА „БРИСТОУ С КОВЕНТ-ГАРДЕНА“. ВЛАДЕЛЬЦЫ — БРАТЬЯ ДЖОЗЕФ И ДЖЕЙМС БРИСТОУ». Он повернул ручку, но дверь была заперта. Он постучал.

— Мистер Бристоу! — крикнул Дэви. — Мистер Бристоу! Кто-нибудь! — Но ответа не последовало. По субботам после обеда большинство учреждений закрывалось, но, может быть, на месте остался привратник или какой-нибудь клерк, который сказал бы ему, где находится этот Дж.

— Мистер О’Нил… — негромко сказали сзади.

Дэви резко обернулся, ожидая увидеть за спиной Уильяма Бертона, который стоит и смотрит на него страшными черными глазами. Но это был не Бертон, а какой-то молодой парень в кепке и куртке. На подбородке у парня был шрам, а сложением он напоминал быка. Рядом с ним стоял еще один парень.

— Будьте добры пройти с нами, — сказал первый.