Чайная роза

— И заявить, что у других моих ухажеров нет никаких шансов?

— О да, — подняв глаза к небу, ответил Джо. — Ты разобьешь им сердце.

— Ты все придумал заранее, верно? — спросила Фиона, не в силах оторваться от кольца. — Весь день знал это, а я ни о чем не догадывалась.

Джо кивнул, довольный собой.

— А я еще ничего не решила, — поддразнила его Фиона. Пусть не думает, что полностью одержал над ней верх. — Зачем тебе нужно, чтобы нас считали женихом и невестой?

— Потому что мне тебя жалко. Таким простушкам, как ты, лучшего мужа все равно не найти.

— Нет. Это потому что…

— Потому что твой отец заплатил мне.

Фиона волей-неволей хихикнула:

— Потому что ты любишь меня. Так и скажи.

— Кто тебе это сказал?

— Ты сам, забыл? У реки. Ты сказал, что любишь меня. Я слышала.

— Никогда я этого не говорил.

— Говорил. Я знаю, ты меня любишь. Скажи это еще раз, и тогда я, может быть, отвечу «да»…

Джо, сидевший рядом, встал на колени, прижал ее к себе и поцеловал.

— Скажи, Джо! — упрямо заявила она.

Он снова поцеловал ее. — Скажи…

Еще один поцелуй заставил ее замолчать. За ним последовали третий, четвертый, и наконец Фиона сдалась. Они находились одни в теплой комнате, и это было чудесно. Ей хотелось прикоснуться к Джо и не выпускать его из объятий весь день. А сейчас их никто не видел — ни родители, ни посторонние. Мешать было некому. Фиона дала себе волю, страстно поцеловала его в ответ и начала водить ладонями по плечам и груди Джо, возбуждая его. Руки Джо коснулись ее груди, а потом двинулись к шее.

Он стал одну за другой расстегивать пуговицы. Когда с жакетом было покончено, Фиона пристально посмотрела на Джо и спросила:

— Если я сниму лифчик, ты опять отдашь его мне? Как тогда, на реке?

Фиона развязала тесемки, и лифчик повис у нее на талии.

— Теперь ты, — сказала она, прикрыв грудь скрещенными руками.

Джо в мгновение ока сбросил сюртук и рубашку. Глядя на него, Фиона чувствовала, как внутри разгоралось знакомое желание. «Можно ли сказать мужчине, что он прекрасен?» — думала она.

Потому что Джо действительно был прекрасен. Не красив, а именно прекрасен. От подбородка до сильных плеч и рельефных мышц живота.

— Куда ты смотришь? — смущенно спросил он.

— На тебя. — Фиона прижала ладонь к его груди, ошеломленная тем, что здесь его волосы были темнее, чем на голове. И под мышками тоже. И ниже, под пупком. Вид его обнаженной кожи возбуждал девушку; в животе становилось все теплее.