Чайная роза

— Джо, не надо… — прошептала она.

Он бережно отодвинул ее руки и поцеловал ладони.

— Не бойся, Фи. Это будет приятно.

Девушка пыталась освободить руки, но тщетно. Он сделал именно то, чего боялась Фиона: сначала поцеловал влагалище, а потом лизнул его. Его язык изучал ее, дразнил и учил, для чего создана эта часть ее тела. Постепенно возражения девушки сменились слабыми стонами. Фиона рухнула навзничь, не в силах справиться с собственными ощущениями; ее тело сотрясала сладостная дрожь, исходившая откуда-то изнутри.

А потом случилось что-то невероятное: она крепко стискивала руки Джо, шептала его имя, выгибалась дугой, подавалась ему навстречу, пока пылавшее внутри пламя не достигло предела. Затем произошел взрыв, и девушку накрыла теплая волна наслаждения, которого она еще никогда не испытывала.

Она лежала с закрытыми глазами и не могла отдышаться. Губы Джо коснулись ее живота, груди, шеи и устремились к губам. Джо оперся на локоть и целовал возлюбленную до тех пор, пока Фиона не открыла глаза и не улыбнулась ему.

— Я люблю тебя, Фи, — нежно сказал он. — Всегда любил и всегда буду.

— Я тоже люблю тебя, Джо, — пробормотала Фиона. — Всегда…

Девушка закрыла глаза. Так вот в чем дело… Теперь она знает. Ничего странного, что все так к этому стремятся… Как хорошо… Как тепло… Только очень хочется спать.

Джо отвел в сторону волосы, падавшие на ее лицо.

— Милая, поспи пять минут. А потом начнем собираться. Я сказал твоему отцу, что привезу тебя к восьми. Уже пора.

— Угу… — пробормотала Фиона и уткнулась лицом в подушку.

Она слышала, как Джо встал, разобрал их одежду, снова сел на кровать и натянул носки. Потом начал наводить порядок, расхаживая взад и вперед, и вдруг застыл на месте. Так продолжалось несколько секунд; затем он метнулся к окну, выглянул на улицу и воскликнул:

— О боже! Фиона, вставай! Быстрее! Это Гарри, мой сосед!

Фиона с трудом села и заморгала. С улицы доносился смех и голоса — мужской и женский.

— Я думала, он ушел на весь день…

— День уже прошел. — Джо помог ей подняться.

 — Бери свои вещи и иди в уборную, — велел он, сунув ей одежду. — Оденешься там. Он ничего не узнает. Решит, что тебе захотелось по-маленькому.

Голая Фиона шатаясь побрела к ванной, но на пороге остановилась.

— Джо! Мой лифчик… его здесь нет…

Джо, лихорадочно застилавший кровать, перерыл постельное белье, но ничего не нашел. Он поднял матрас; лифчика не было и там. Тогда он побежал к креслу; злополучная деталь женского туалета лежала на полу.