И все просил не нервничать, видно думал, я сразу в истерике биться начну, — мама говорила и поглаживала ее по волосам, было очень легко и спокойно так лежать, и Катя снова закрыла глаза. — А что тут биться, я тогда еще Аллочке говорила, что нельзя так, делали детей вместе, вот и отвечать за них надо обоим. Он ей звонил потом, чтобы отговорить, она ведь мне больше рассказывала чем тебе. И знаешь, доченька, что мне понравилось? Саша совсем себя не выгораживал, сказал, я мол, во всем виноват, с дочерью вашей так по-скотски поступил.
И еще мне нравится, как он себя с детьми ведет, детки наши с ним уже совсем подружились! Тебе будет хорошо с таким мужем.
— Что ты такое говоришь, мама, — прошептала Катя, качая головой, — какой муж, это фиктивный брак!
— Ну, не скажу, насколько он у вас фиктивный, но твой муж от тебя не отходил, когда ты в бреду лежала, а пока у меня был, раз двадцать твоему доктору позвонил, спрашивал, как ты. Сюда меня привез, чтобы мы увиделись перед отъездом, он меня в Израиль отправляет на реабилитацию.
Я честно отказывалась, Катюш, — мамино лицо вдруг сделалось виноватым, — но он очень уговаривал, пришлось согласиться. Ты не обижаешься?
— Что ты, мамочка, конечно нужно соглашаться, я с ним потом сама разберусь, — она погладила мамину руку, а потом решилась. — Мам, а как он тебе… вообще?
— Что значит как?
— Ну… какой он, этот Алкин Александр?
Мама округлила глаза, а потом беспокойно уставилась на Катю.
— Катюша, забудь, прошу тебя. Саша твой муж, тебе бы перестать флагом махать, а подумать о детях и о себе.
— Мам, он правда такой красавец, как его Алла описывала? — в лоб спросила Катя, и мать только руками всплеснула.
— Вы что же, не виделись до сих пор?
— Он у нас любитель по заграницам, — кивнула Катя, — так что я в глаза его не видела. Брак регистрировали по доверенности.
— Не знаю, — мать задумалась, — тебе может и не понравится, если сравнивать с твоим Силаниным. Он вообще другой, старше, серьезнее. А красавец или нет, так с лица не воду пить.
Катя слушала маму с закрытыми глазами, все же, она была достаточно слабой, чтобы долго поддерживать беседу, пусть уже мама сама говорит. Вспомнила, как плавала в холодной луже пота после второго пробуждение и бысто себя ощупала. Сейчас на ней была сухая трикотажная футболка и шорты. Это мама ее переодела? Хорошо, если догадалась сунуть мокрую одежду в стиральную машину, Катя как придет в себя, сама запустит стирку.
