Катя продолжала тонуть в черных пронзительных тоннелях его глаз, пока он не проговорил хрипло, приблизив лицо почти вплотную:
— Хоть моргни… Что можно…
Она с усилием выдернула руку, взялась за полотенце и медленно потянула за край. Полотенце упало к ногам, а Катя тыльной стороной указательного пальца сняла с его щеки каплю, упавшую с влажной пряди.
— Ты мокрый, — и не успела договорить, как в губы впечатались губы Клима."
"Они и правда изголодались оба, он так ощутимо прихватывал ее кожу зубами, что ей казалось, это оголодавший хищник вонзается клыками в податливое тело добычи, которую долго выжидал, преследовал и, наконец, получил в полное и безраздельное владение.
«Моя… Невозможная… Сумасшедшая… Любимая…» Он этого точно не говорил, Катя знала. Как он мог говорить, если стоило ему оторваться от нее губами, как она снова подставлялась под них, и его хватало только на рваные, хрипящие звуки? Она вздрагивала от этих звуков, вызывающих в ее теле не волны, а целые цунами. И в свою очередь тоже хрипло, отрывисто дышала.
Она только попыталась спросить, но Клим мотнул головой, выдохнув: «Нет… Хочу тебя так, первую…» Катя чувствовала, какой он горячий и упоительный, и понимала — все, что было раньше, было лишь прелюдией. Теперь они до конца вбирали в себя друг друга, и ближе, сильнее, проникновеннее уже невозможно. Она тоже не могла говорить, воздух выбивался из легких, не оставляя сил на слова, на все, кроме одного.
— Клим!.. — даже не слово, короткий вскрик, но ему хватило, чтобы захватить ее локтем за шею и прижать к кровати, обездвижив тяжелым телом.
Когда она обрела способность дышать и открыла глаза, то, снимая с его виска ползущую каплю пота подушечками пальцев, продолжала шептать: — Клим!.. Клим…
* * *Катя проснулась в постели своего мужа и, зажмурившись, жадно потянула носом, вдыхая его аромат. Его здесь много — постель пахнет Климом, да она сама ним пропиталась! Провела рукой по подушке, рука погладила прохладный шелк. Наверное, он пошел в душ, вчера они туда так и не добрались.
И почти провалившись обратно в сон, вдруг ясно различила знакомый стрекочущий гул. Вертолет? Так рано? А потом будто вонзили в нее что-то, вскочила и заметалась по спальне в поисках одежды.
Ее платье, разорванное от плеч до самой талии, едва сейчас можно было так назвать. Она отодвинула слайд просторного шкафа и схватила первую попавшуюся футболку. Сбежала вниз по лестнице, натягивая футболку чуть ли не на бегу, и понеслась к вертолетной площадке.
