Повинуясь королевскому приказу, двое драконорогов отделились от толпы и, почтительно склонив головы, засеменили на всех своих лапах к центру плато.
– Не больно-то вежливо, – пробурчала Каве, пока драконороги шли. – Интересно, и чем эти несчастные драконы… э-э, тьфу ты… – она опасливо оглянулась. – Чем эти драконороги провинились? Бедняги… Ты посмотри, приказ им точно не по душе.
– Придется взять этот молодняк, – тихо-тихо прошептала Тай. – Зато из воздушного рода, Ветротретий и Ветроодиннадцатый. Чур, мне третьего.
Он не такой надменный.
Каве глянула на Ветроодиннадцатого, встретилась с его презрительным взором и приняла решение. Подавив судорожный вздох, она смело выступила вперед.
– Пан Вужык и уважаемые советники, спасибо вам за оказанную честь. – Каве низко поклонилась. – Но я хотела бы попросить одного из каменных драконорогов оказать мне… величайшую милость и пойти со мной на Чаклун.
На плато воцарилась самая тихая тишина в мире. Казалось, пролети сейчас муха, она бы тут же упала замертво, оглушенная столь выразительным безмолвием.
"
"– Не знаю, как объяснить, но я хотела бы выбрать одного из ваших советников, – продолжала ведьма при всеобщем гнетущем молчании, чувствуя, как испаряется ее решимость. На изумленно-гневное лицо Тай она старалась не смотреть. – Я говорю о… пане Седрике Камнетретьем, ваша милость.
– Не очень умно, чара, – ответил тот.
Пожалуй, это были его первые слова за все время. Голос драконорога звучал глухо и немного устало. Каве невольно подумала, что ему, должно быть, очень много лет.
Интересно, сколько живут эти существа? И насколько близко он знал прабабку Марьяну, если серебряный браслет назвал на субастрале именно его имя?
А король сказал:
– Бросить их со скалы, обнаглевших людишек.
Произнесено это было спокойно, равнодушным тоном. Но драконороги горячо поддержали пана Вужыка громкими, злыми и одобрительными возгласами.
– Погодите!!!
Каве решила идти до конца. На ходу сдирая магический браслет, она кинулась прямо под лапы пану Седрику.
– Взгляните, пан советник! – крикнула она, протягивая ему серебристую ящерку с изумрудными глазами. – Это он сообщил мне ваше имя!
Как ни странно, драконороги снова затихли. А пан Седрик, наклонив рогатую голову почти до самых рук девушки, весьма пристально рассматривал серебряное ведьминское украшение.
– Это древний браслет! – горячо произнесла Каве, делая вид, что не замечает острый рог-иглу, венчающий морду пана советника. – Он был сотворен в Чародоле.
