Но послушно молчала, ожидая самых худших вестей.
Как только синекрылый дух привел их в комнаты, Тай выпалила с ходу:
– Да, я была у этого ненормального Князя. Редкий, редкий хам!
Едва оправившись после перепалки с Вордаком, она вся пылала от гнева.
Чувствуя ее настроение, Каве не решилась что-то спрашивать. Но чара сама продолжила:
– Могу заверить тебя, он чувствует себя прекрасно, – процедила она. – Лежит себе в кровати, дрыхнет… Сказал, что у него здесь дела и с ним все в порядке. А потом нагрубил!
– Да что случилось-то?! – не выдержав, воскликнула Каве.
– С ним точно все в порядке?
– Еще как, – мстительно усмехнулась Тай. – Вначале он вообще принял меня за какую-то девушку… С которой собирается идти на Шоколадный бал. Может, за эту Кристу? Она ведь тоже рыжеволосая.
Каве моргнула.
– Значит, он здесь… в гостях? – еле слышно спросила она. – Но почему живет взаперти?
– Комната у него так себе, – признала Тай. – Но мне кажется, его специально заперли, чтобы какой беды не наделал.
При его характере это было бы неудивительно.
– Значит, ему ничто не угрожает… – бездумно повторила Каве.
Тай шумно вздохнула. По-видимому, разговор с Алексеем Вордаком сильно взбудоражил ее.
– Слушай, да забудь ты о нем! Он мизинца твоего не стоит.
– Я же думала, он в опасности…
– Ха! – Тай зло фыркнула. – Он даже передать тебе ничего не захотел! Только сказал: «Передай, мне ничего от нее не надо».
Каве сильно зажмурилась, будто попала на яркое солнце.
– И о Ключе выспрашивал, – безжалостно добавила рыжая чара.
– Все допытывался, как тебе удалось открыть дверь."
"Каве промолчала, потрясенная до глубины души. Она вдруг устыдилась саму себя: Карпатскому Князю ничего не угрожает, он даже на бал идет с девушкой, может и с Кристой. А она предлагает ему спасаться!
– Давай спать, – пробурчала Тай, тоже став угрюмой. – Время уже далеко за полночь. Завтра предстоит нелегкий день. А мы еще сегодняшние впечатления не переварили.
Каве кивнула и первой пошла умываться.
К счастью, она так устала, что быстро заснула и даже не видела никаких снов.
На следующий день они проснулись поздно, когда солнце уже склонялось к земле.
Пока они умывались, Тай обвинила Чародольского Князя в том, что он приказал рассеять у них в спальне снотворный дурман. Каве возразила, предположив, что их сильно вымотал вчерашний бой. В ответ рыжая чара выразила беспокойство, не начался ли Шоколадный бал без них.
