Послышался тревожный перезвон второго сигнального колокольчика. Пан Седрик важно прошел на всех лапах в центр поля. Вскоре и черно-желтый драконорог занял место напротив.
Раздался короткий перезвон третьего, последнего колокольчика, отозвавшегося в ушах Каве церковным набатом.
– Слезай! – вдруг пронзительно выкрикнула Криста. – Будем драться на земле!
– Даже не думай, – тут же обратился к своей напарнице пан Седрик. – Если в воздухе я смогу тебя защитить, то…
– Давай вниз, если не трусишь! – И, не дав ей шанса выбрать, Криста скользнула по желто-черной чешуе драконорога вниз.
Каве сидела, не шелохнувшись. С одной стороны, рыжая сама сошла с драконорога, разбив финальную пару, и этим подарила противникам преимущество. Но все равно этот бой – смертельный. Им так или иначе придется драться друг против друга. И чем раньше это произойдет, тем лучше.
Будто почувствовав неладное, пан Седрик взмахнул крыльями, норовя взмыть в небеса, но Каве оказалась проворней: она съехала по его боку, пересчитав спиной жесткие каменные чешуйки, и спрыгнула на траву до того, как он взлетел.
Криста уже вышла в центр круга.
И Каве пошла навстречу.
– Не делай глупостей! – прорычал пан Седрик, тяжело топая лапами. – Вернись немедленно!
Над центральным полем развернулся полупрозрачный, словно стеклянная крышка, купол, отсекая противников от остального мира. За ним метались тени – наверняка остальные участники уже начали бой.
Не дойдя друг до друга метров десять, ведьмы остановились.
Криста усмехнулась. В ее руке появился градовой нож.
Каве, не мешкая, достала свой, быстро припоминая то, чему учил ее Мольфар на тренировках в лесу."
"– Сегодня ты умрешь! – первой нарушила молчание рыжая. Ее карие глаза сверкали гневом и торжеством.
Каве не ответила. Она вдруг вспомнила вечер знакомства с Кристой и ее сообществом. Могла ли она тогда подумать, что дойдет до смертельного боя с этой ведьмой?
– За что ты меня так ненавидишь? – неожиданно спросила Каве, не очень-то надеясь на ответ.
Но Криста вскинула голову.
Ее лицо вдруг стало белым от злости.
– Только за одно… – медленно начала она и вдруг выпалила: – За то, что Марьяна выбрала тебя! Это я! Я! Я должна быть на твоем месте!
Каве так изумилась, что даже нож невольно опустила. Впрочем, тут же исправилась – лезвие вновь обернулось острием к рыжей ведьме.
– Да ты просто рехнулась! – попыталась Каве урезонить противницу. – Врагу не пожелаешь пережить то, что случилось со мной за эти три года…
Криста внезапно успокоилась.
