Но наверняка Чернозуб гораздо лучше Каве разбирался в нравах титулованных особ, если время от времени воровал у них дорогие вещи.
– А еще Латка разоткровенничалась, – неожиданно вставила Тай. – Вдруг она уже выболтала, зачем нам нужна жемчужина, великое белоголовое сокровище… И еще, она мне никогда не нравилась. Это ты ее взял! – Тай зло сощурила глаза. – Кинула тебя твоя приятельница…
– Тай! – громыхнул Чернозуб. – Еще одно острое выражение – и я поджарю тебе пятки!
– Это я тебе поджарю! И не только пятки!"
"Дальше Ключ переводить отказался.
Наблюдая громкую, но непонятную для нее перепалку, Каве поеживалась. Дождавшись, когда накал страстей уляжется, она быстро спросила:
– Скажите, а какую роль эта Латка играла в вашей операции?
– Распознавание иллюзий, – вздохнул Чернозуб, мгновенно успокаиваясь.
– Но девчонка оказалась слаба – и волей, и разумом. Да и специалист из нее, выходит, никакой. Еще и разболталась в конце, несносная девка…
– Ничего, пусть только появится в землячестве – навеки замолчит, – мстительно произнесла рыжая чара и нехорошо усмехнулась.
– Я всегда говорила, что острый нож – самое надежное заклятие умалчивания! – Девушка рубанула воздух ладонью.
Каве невольно сглотнула слюну. Если она не пройдет «маленький тест», не применят ли это самое надежное заклинание к ней самой?
– Не беспокойтесь. – Чернозуб внимательно наблюдал за девушкой. – Если вы нам не подойдете, мы вас отпустим на все четыре стороны.
Тай перестала улыбаться.
На мгновение глаза ее сузились, в них блеснула холодная искра.
И Каве поняла – не отпустят. Похоже, у земляков благодарность за спасение не считалась достоинством, – подумать только, сколько же у них общего с Великим Мольфаром!
– Как вы знаете, наша первая попытка заполучить жемчужину потерпела неудачу, – вновь повел речь Чернозуб. – И в результате мы познакомились с вами в столь печальных обстоятельствах. Но теперь, – он внимательно посмотрел на Каве, – мы учтем все, чтобы не допустить ни малейшей осечки.
И белоголовое сокровище будет нашим. – Слова Чернозуба прозвучали твердо и уверенно.
Внезапно в воздухе появилась троица одинаковых с виду толстеньких белых крыс с тупыми мордочками. Зверьки на мгновение зависли над столом – прямо перед носом у Каве, – а потом брякнулись на блюдо с яблочным пирогом.
Каве невольно отшатнулась, еле сдерживая накатившее чувство омерзения.
– Одна из крыс – наша Мышка, – сообщил Чернозуб.
