Да, ты получил в наследство отцовский пояс, и твоя магическая сила умножилась многократно, но главный дикий будет вечно маячить над тобой грозной тенью… Черным всадником в ночи, летучей мышью над твоим домом, хищной змеей, притаившейся в черном углу…
– Ты так лиричен, – по-прежнему не открывая глаз, произнес Вордак. – Может, начнешь сочинять стихи или, что еще хуже, петь романсы?
– А кто сказал, что я не пробовал себя в пении? – Шелл легкомысленно присвистнул. – Вот, например…
И он затянул с надрывом:
«Черный во-о-рон, черный во-о-рон!Что ж ты когти распускаешь,Над моею головой?»– Слушай, перестань! – чуть не взвыл Алексей Вордак.
– Ты поешь еще хуже, чем мой отец… – Лицо Лешки застыло. На лбу прорезалась тонкая вертикальная складка.
– Тогда другое, – не сдавался Шелл:
«Ты неси меня река,Да в родные мне места,Где живет моя краса-а-а…Зелены ее глаза…»– Зелены? Или голубы? – Шелл задумался. – Вот зараза, подзабыл. Вордак, тебе какие глаза у девчонок нравятся – зеленые или голубые?
– Фиолетовые! – рассердился Лешка.
– Вообще умом повредился вдали от родины?
– Карпатский край и есть моя родина, – с гордостью произнес Шелл. – Хотя Виртус утверждает, что корни всех магов уходят в славные чародольские роды. А наоборот случается в истории очень редко… Кстати, о Чародоле, – продолжил поляк. – У кого-то теперь два символа власти, я правильно посчитал?
Лешка еле заметно повел бровями. Со стороны могло показаться, что он заснул.
– У кого-то теперь два символа власти, – повторил Шелл, видя, что новый Князь не реагирует.
– Может, поделишься с лучшим другом своими ближайшими планами? Я понимаю, что ты недоволен свалившейся на голову властью… Вернее, обязанностями главы Карпат. Помнится, ты рассказывал мне, что хочешь продолжить обучение после Золотого Орла… Но от судьбы не уйдешь. Тем более что неплохо быть князем, разве нет?
Лешка за время этой тирады даже не шелохнулся.
Шелл притворно вздохнул:
– Ну, скажем, поделился бы планами по захвату Чародола… Или же планами по поимке опасной преступницы.
Ну, может, и не совсем преступницы, но точно опасной – с таким-то артефактом, как Золотой Ключ…
Алексей Вордак остался недвижим – так и лежал с закрытыми глазами.
– Конечно, кто-то наверняка мечтал получить Карпатский Венец только из нежных белых ручек, – осмелев, продолжил поляк. – А не от старой карги… Ну ты же понимаешь, я сейчас не про прекрасную Эрис. Она девушка приятная и, на мое счастье, не в твоем вкусе.
