Она устала, была грязна и лохмата, хотела есть и еще больше – спать. Но самое ужасное – она чувствовала, что Великий Мольфар к чему-то клонит, но прямо высказаться не спешит."
"– То, что Ключ выбрал тебя, – неторопливо начал карпатский маг, – еще ничего не значит. В конце концов, все могут ошибаться, даже могущественная вещь, наделенная магической душой и вышедшая из-под руки великого мастера…
Каве невольно возвела очи к небу. Ну и хвастуном оказался этот маг, даром что действительно великий мастер.
– Похвальба от похвалы разительно отличается, – верно разгадав ее мысль, ответил тот.
– Похвальба всегда незаслуженна и ведет к тщеславию, а похвала – заслуженна и потому изначально чиста. Если тебе есть чем гордиться, рассказывай об этом смело.
Каве не могла не признать, что некоторая доля правды в этих словах есть. Впрочем, сейчас ее больше волновали сосиски, которые уже начинали подгорать.
– Мало того, – добавил маг, – если бы люди почаще хвалили себя, то были бы куда добрее, веселее и жизнерадостнее, жили бы в мире и гармонии.
– Угу, сам себя не похвалишь, весь день… – Девушка осеклась, вспомнив невежливое окончание известной пословицы, и смутилась. – В общем, в печали ходишь.
Маг хмыкнул, скинул горячие сосиски в походную железную миску, стоявшую возле него на коряге, и насадил на прутики следующую партию.
Звери тут же приподняли головы, принюхиваясь, их ноздри взволнованно расширились.
– Скажите, а как вы меня нашли? – осторожно поинтересовалась Каве.
Вместо ответа маг выразительно глянул на цепочку с Ключом, обвивавшую тонкую шею девушки.
– Я всегда буду знать, где он. А пока ты носишь эту вещь, буду знать, и где ты. Я же сотворил его, поэтому между нами прочная связь.
– Скажите, а так с любой вещью, которую вы… м-м… сотворили?
– Конечно.
– А не знаете ли вы в таком случае… – Девушка запнулась, гадая, как бы повежливее высказать свою просьбу. – В общем, можете узнать, кто сейчас владеет Карпатским Венцом?
– Могу, – неожиданно легко согласился маг.
– Признаться, я и сам хотел посмотреть.
Мольфар громко щелкнул пальцами, и перед лицом Каве возник большой радужный пузырь с тонкими стенками. Внутри него горел оранжевый лепесток пламени. Некогда подобный шар девушка видела в комнате у госпожи Кары – английской ведьмы-наставницы и прабабушки Каве одновременно.
На тонких стенках шара появились темные движущиеся пятна, заметались вихри, заколебались расплывчатые очертания каких-то предметов.
