Поставит и без судов на ноги!
Бездетная Самовариха за два с лишним года сроднилась и с Палашкой, и с Марьей, и с «Виталькой». Теперь и с Евграфом. Жучок, чье семейство тоже долго жило в избе Самоварихи, согласно закивал головой.
— Да я што, я што… — заоправдывался Судейкин. — Я тольки в порядке обсужденья вопроса…
— Спой лучше про Носопыря-то, — выручил Судейкина счетовод. — Помнишь, как под балалайку-то пел?
— Носопыря давно нет, давай лучше про живых! — поддержал Нечаев Зырина.
— А вот скажет Володька, когда он жениться будет, дак я ему все пропою.
Учительша-то вон какая накрашеная, из Вологды вот-вот прикатит.
— Чего про учительшу говорить, ежели вон Зойка Сопронова и та свеклой мажется. Сорок годов, а все чекурнастится, — заметила Самовариха.
— В сорок лет бабе износу нет, — сказал Нечаев.
— А в сорок пять баба ягода опять, — добавил Киндя."
"— Да уж нашли ягоду, Зойку Сопронову! На чем у ее и юбчонка-то держится! — засмеялась Самовариха.
— На чем бы ни держалась, а Зойка двух братанов на коммунистов выучила! Можно сказать, в люди вывела! — сказал Киндя.
Этим он рассмешил всех. От дружного хохота даже кот спрыгнул с шестка. Отсмеявшись, женщины начали усаживаться за стол, пора было обедать «второй смене». Они отказались от водки, замахались руками:
— Пусть мужики этот омег[3] и допивают…
Зырин отмолчался насчет своей женитьбы и сказал:
— А у тебя-то, Акиндин, не она была наставницей-то? Не Зойка?
— Нет, меня моя баба сама выучила, хоть совсем в этом деле неграмотная.
Ежели прижмешь, дак только тогда и распишется. А так ни-ни!
За столом фыркнули сразу двое.
— Отстань, к водяному, только и знаешь бухтины гнуть! — заругалась Таисья Клюшина. — Дай девкам-то похлебать. Наелся, дак и сиди!
Киндя пропел:
Вся Шибаниха деревенкаУшла на сенокос,А миличия приехалаИ гонит на силос.— Во, во! Давай-ко! — обрадовался Нечаев и сел на порог, чтобы закурить.
— Без балалайки-то мне, наверно, ничего не сделать, — зауверялся Акиндин.
— Ну да ладно, попробую под ротовую.
И Киндя запел речитативом, запритопывал:
— Ходит Кеша по деревне. На собрания зовет. Он и дома, и везде. Как в мироновской избе. Что-то наша балалаечка худенечко поет. К выселеночкам не ходим, Митька воли не дает.
Нечаев хихикнул и ткнул Зырина в бок, дескать, все верно про выселеночек-то. Женщины перестали хлебать, слушали.
Шел Еграша из тюрьмыК Самоварихе в примы.Прикатил не к срокуБудет мало проку.
