Часть Европы. От истоков до монгольского нашествия

Из-за главенствующего положения архиепископа Новгород иногда называют теократическим государством, но это неверно, поскольку владыка не был единоличным правителем страны, да и религия не играла в жизни торговой республики такой уж важной роли, всегда подчиняясь интересам коммерции. Однако архиерей безусловно был могущественнейшим из новгородских феодалов и, по образцу европейских князей церкви, даже держал собственный полк – явление для Руси исключительное.

На протяжении всей своей истории республика была вынуждена вести трудную борьбу за политическую самостоятельность.

На первом этапе, в столетие, предшествующее монгольскому нашествию, основную опасность для Новгорода представляла быстро крепнущая Владимиро-Суздальская Русь.

Андрей Боголюбский подчинить Новгородчину силой оружия не сумел. Не удалось победить стойких новгородцев и Всеволоду Большое Гнездо, однако тот добился своего иными средствами: в руках у великого князя находилась хлебная торговля, без которой республика была обречена на голодную смерть.

После смерти Всеволода Новгород сбросил власть владимирских князей, но проблему снабжения за последующие два с половиной столетия решить так и не сумел. Эта экономическая зависимость не позволяла республике окончательно обособиться от Руси, сделаться полностью независимой.

Имелась и еще одна причина, по которой Новгород был вынужден вновь и вновь просить Рюриковичей о помощи.

В XIII веке на западных рубежах возникла новая угроза, даже две.

С одной стороны на Новгород нажимали шведы, стремившиеся утвердиться в восточной Балтике. С другой – наступал воинственный немецкий Орден Меченосцев, который под видом миссионерской деятельности среди язычников создал в Прибалтике собственное государство. Небольшая, но прекрасно вооруженная и организованная армия рыцарей-монахов была грозным противником для новгородского ополчения, состоявшего из непрофессиональных воинов. Без русских князей с их латными дружинами противостоять немцам и шведам Новгород не сумел бы. Подробно о борьбе новгородцев с европейской экспансией будет рассказано в следующем томе, пока же отмечу лишь, что всякий раз, отбив с помощью призванного из Руси войска вражеское наступление, республика немедленно ополчалась против своих избавителей. Это воспринималось князьями как черная неблагодарность, но у Новгорода не было иного выхода.