Часы без циферблата, или Полный ЭНЦЕФАРЕКТ

Он обнимать, тот выворачивается и исподлобья глядит – понятно, что против отца настраивают, всё, что хочешь, наплести можно, несмышлёныш. Просто не мог он понять, зачем на ребёнке отыгрываться. И в суде ведь извинился за пощёчину, невольно получилось, и только за это и стыдно.

Домой приехал – Юля перед глазами, и такая, как запомнил в самые счастливые времена – нежная и нестерпимо красивая. Мать долго уговаривала не ходить никуда – поздно, отца просила повлиять, чувствовала, что страдает опять по Юльке своей и не иначе пить собрался.

Он в шашлычную, неподалёку, там и накатил прилично, сам не заметил. Не мастак пить, редко такое случалось, обычно от безысходки, от радости – никогда. Последний раз нажрался, когда с Серым познакомился, сто лет прошло! Не смог удержаться, разорвало бы от сожаления, что всё так нескладно в его жизни получается. Уже к дому подходил, в куртке бумажку скомканную нашёл. Долго не мог понять, что за телефон и что за Света такая. Потом вспомнил её морду зарёванную и глаза сумасшедшие, как-то жалко стало, будто они одной судьбы, соратники по несчастью, никаких других мыслей у него и не было – некрасивая и чужая женщина.

Она почувствовала его. Подбежала, не взглянув в глазок, распахнула входную дверь и увидела Олега – большого, сильного мужика, который держался руками за стенку, и выглядело это скорее смешно, чем мерзко.

Вот Пётр Алексеевич такого себе не позволял, никогда не видела его по-настоящему пьяным, рюмку коньяка если, и то по случаю.

Правда, пьянел быстро и боялся смешным показаться.

После отца Светка на алкашей с презрением смотрела. Не был Олежка на алкоголика похож, вон морда какая свежая и румянец, как у мальчишки, тело крепкое. Она, конечно, по сравнению с ним мышь невзрачная!

Света схватила его за куртку и втащила в квартиру, не удержи – упадёт. Олег что-то бормотал, извинялся и нелепо за неё хватался.

– Спиридонова, ты меня уж положи где-нибудь, хоть на коврик у дверей. Я тихий, просплюсь – и домой… – он пытался засмеяться и потешно разводил руками, как в замедленной съёмке.

Самому кожанку стянуть не удавалось, пришлось помогать, ещё и ботинки расшнуровывать. Олег не сопротивлялся, качался из стороны в сторону, как послушный болванчик. Еле дотащила до спальни. В чём был плюхнулся головой в подушки и мгновенно вырубился. Долго ходила вокруг кровати, решала – рядом прилечь на непривычную Петькину сторону у окна или постелить в гостиной.