Часы без циферблата, или Полный ЭНЦЕФАРЕКТ

Обычно та звонила сама – Летиция не решалась, это выглядело бы заинтересованно, тем более теперь, когда там постоянно проживает Таня и, скорее всего, Алле Сергеевне просто не до неё. Иногда сильно раскаивалась, что не смога понять Петю и не дала ему ни единого шанса. Так разве такое можно понять?! И неизвестно, что бы это решило…

Вдруг стало совсем неспокойно, захотелось поскорее дожить до утра, отпроситься с работы и укатить первым поездом в Москву, к Михаилу. Приехать и просто сказать, что она решилась и с радостью исчезнет из этого города раз и навсегда.

Это было бы абсолютно правильно. В любом случае, надо лечь спать и обо всём подумать завтра, спокойно и без эмоций.

Рано утром позвонил Михаил.

– Не мог заснуть всю ночь… Обычно сплю в поезде как убитый… Ты как?

– Хорошо, – Летиция спросонья чуть не начала рассказывать, как ей вчера захотелось всё бросить и приехать, но не стала. Она ещё ничего не в силах понять и ни к чему не готова. Надо совсем немного времени, и придёт осознание, что однажды необходимо изменить всё, к чему ты привык и что было так дорого.

Пора прощаться с тем, что безжалостно возвращает в прошлое.

«Петя, Петя! Что же ты наделал… Такую кашу заварил!» – причитала Летиция, собираясь на работу и застёгивая на шее мамину жемчужную ниточку.

Жизнь Петра Алексеевича наконец-то наполнилась смыслом, и теперь именно он полностью отвечал за Танечку. Эта постоянная борьба против своего бесправного положения закончилась. Он и выглядеть стал гораздо лучше – ушли бесконечные мотания и страх очередного недовольства со стороны Светы.

Он теперь официальный отец.

С фамилией и переводом в другую школу решили повременить – Алла Сергеевна настояла. И так для ребёнка большая нагрузка, столько перемен! Таня частенько приезжала к маме и даже встречала её из роддома вместе с папой. Пётр волновался не меньше Олега, вспомнил себя, когда почти восемь лет назад вот так же топтался, не находя места, в ожидании младенца.

Олег был не похож на себя – бледный и уставший, словно не спал последние дни.

Светлана Спиридонова, напротив, выглядела отлично и олицетворяла само счастье и уверенность в завтрашнем дне. Такую Свету Пётр Алексеевич никогда не знал, но было совсем не обидно – давно понял, что не смог бы полюбить эту женщину, не для него она создана. Это жизнь, сама не ведая, связала их крепким узлом и, наверно, никогда уже не отпустит. Судьба!

Петру было удивительно, как в Светлане всё разом изменилось и что вполне цивилизованно всё приняла.