Часы Зигмунда Фрейда

– Вот гляжу я на тебя, – вздохнула Милка, – ешь что хочешь, а худая ты, как спица. Вот куда у тебя все девается?

– Зависть – плохое чувство, так и заболеть можно! – Элла взяла из коробки печенье и вышла в коридор, а там, хрустя печеньем, направилась к кофейному автомату. Печенье и правда было выше всяческих похвал, видно, автор книжки по кулинарии дело свое знал.

Возле автомата стоял высокий, немного сутулый мужчина средних лет, с трехдневной щетиной на щеках, в мятом твидовом пиджаке. Элла с ним вполголоса поздоровалась, он ответил, скользнув по ней равнодушным взглядом.

Мужчина взял стаканчик с эспрессо, отступил в сторону. Элла после недолгого колебания выбрала капучино.

– У вас печенье на плече, – проговорил незнакомец.

– Что? – переспросила Элла, смутившись. – Где?

– Да вот здесь! – Мужчина протянул руку, снял с ее плеча крошку печенья.

Элла дернулась – она не выносила чужих прикосновений, особенно неожиданных. При этом кофе из ее стаканчика выплеснулся, несколько капель попало на твидовый пиджак.

– Ох… – Элла еще больше смутилась, схватила платок и принялась оттирать кофе.

– Да не волнуйтесь, ничего страшного! – успокаивал ее мужчина. – Этот пиджак и не такое пережил! Да успокойтесь же, говорю вам – ничего страшного!

– Да, конечно, все нормально. Вот кофе у вас пролился, я вам возьму другой стаканчик.

Элла запротестовала, но он уже протягивал ей новый стаканчик капучино. Только теперь она разглядела его глаза – темно-серые, как балтийское море в непогоду. И тем не менее довольно красивые, выразительные.

И Элла вдруг поняла, кого он видит перед собой этими самыми глазами. Несуразную девицу в дешевенькой кургузой курточке и с подведенными, как у медведя коалы, глазами. И волосы торчат в разные стороны, никакая расческа их не берет, если только налысо подстричься. Но тогда будет еще хуже. Хотя кажется, и сейчас уже хуже некуда, судя по насмешливому взгляду этого хлыща в супермодном пиджаке.

Показалось ей или нет, что он потянул носом? Ну да, это от свитера несет овцой.

На улице вроде проветрился, а теперь снова завонял. Ну, ничего, такие мелочи Эллу не волнуют, нужно поскорее уйти, но неудобно сразу, еще посчитает за хамство.

Тогда существует другой способ – пристать с разговорами, ему надоест, он сам уйдет.

– А вы здесь работаете? – спросила Элла не своим, ненатуральным голосом. – Я вас что-то раньше не видела.

– Ну да, я здесь редко бываю. Но вы здесь тоже, по-моему, нечастый гость…

Насмехается, вон глаза как сощурил.