Часы Зигмунда Фрейда

– Нет, это как раз ты путаешь! Лидия Сундукова всю жизнь прожила в Воронеже, там она и умерла. Машина ее сбила насмерть.

– Может быть, это другая Сундукова?

– Нет, все личные данные совпадают – дата и место рождения, серия и номер паспорта… это не однофамилица, а та самая женщина!

– Но подожди… ведь Сундукова работает… то есть до самого последнего времени работала в «Межкомбанке» и проживала в доме на Лиственной улице…

– Вот и думай, как такое возможно! Это ведь ты просила меня разузнать все про эту Сундукову, значит, ты знаешь о ней больше, чем я.

В трубке что-то щелкнуло, стукнуло, и Сергей понизил голос:

– Извини, больше разговаривать не могу, начальство пришло… – И из трубки понеслись сигналы отбоя.

Вот это номер! Элла встала на месте, как вкопанная. Стало быть, Лидия Сундукова вовсе не Сундукова, а самозванка, живущая по чужим документам? И что ей, Элле, с этой информацией делать?

Она убрала телефон в карман и пошла вперед, чтобы поскорее уйти с этой улицы и от этого дома.

– Девушка! – крикнула старушка с палкой, шедшая сзади. – Вы что-то уронили!

И правда, на асфальте валялся картонный прямоугольник, Элла вспомнила, что она нашла его в стенном шкафу Лидии Сундуковой.

– Читательский билет в библиотеку. – Старушка с трудом подняла картонку. – Документ все-таки. Надо же, а я думала, что молодые теперь в библиотеку не ходят.

«Так оно и есть», – подумала Элла.

Вот уж никогда бы она не подумала, что покойная Сундукова посещала районную библиотеку.

Да нет, это вряд ли. Элла сама работала с разными издательствами и с первого взгляда могла определить, читает человек или нет. А со второго – если читает, то что конкретно – классическую литературу, развлекательную или только пособия по фэн-шуй.

Элла снова взглянула на карточку.

Ну да, читательский билет, выданный библиотекой имени Александра Блока.

– Блок… – пробормотала Элла, перед ее глазами встал список из стенного шкафа.

Ага, пятое слово в том списке было как раз Блок, и написано оно было с большой буквы… стало быть, это не строительный блок, не боксерский, а фамилия поэта? Так, может, когда Сундукова писала слова внутри шкафа, она имела в виду эту библиотеку? Может быть, там Элла найдет хоть какие-то ответы?

– Скажите, а где… – начала было Элла, но прикусила язык.