Чебурашка

Двадцать восемь копеек, между прочим. Но мы шикуем и слопав по одному цилиндрику, повторяем упражнение.

Впрочем, у Москвы вкусов много. Поболтавшись часок, идём в «Космос». Но уже не для того, чтобы есть мороженое, а чтобы найти Артурчика. Начинается деловая часть поездки.

— Здравствуйте, — подхожу я к швейцару.

Он щёткой чистит свой мундир на локте и на посетителей внимания не обращает. Час швейцара наступит вечером, тогда он станет вершителем судеб страждущих, томящихся в очереди юношей и девушек. А сейчас его присутствие здесь не имеет никакого смысла.

— Не подскажете, как мне Артура найти?

— Не подскажу, — со столичным заносчивым равнодушием бросает он, даже не взглянув в мою сторону.

— Он придёт сегодня, не знаете?

На это он уже ничего не отвечает, внимательно осматривая ткань своей униформы. Ну, ладно. Разберёмся сами. Мы проходим в зал на первом этаже и я внимательно осматриваю все столики. Потом мы поднимаемся на второй этаж и я сканирую посетителей там. Артура среди них нет.

— Значит, пойдём к ЦУМу, — пожимаю я плечами.

— А ты знаешь, как идти? — уточняет Катя.

— Ага, держись меня и не пропадёшь.

Можно проскочить напрямки с обратной стороны Думы, но я веду Катю по проспекту Маркса и мимо «Большого».

Мы подходим к ЦУМу и встаём у входа. У одного из. Здесь движ, народ снуёт, входит, выходит, ищет где лучше. Артура не видать. Обходим здание, прогуливаемся туда-сюда, снова останавливаемся. Стоим. Я поглядываю по сторонам. Ну, где-ты, Артур? Алё!

Подходит тощий шнырь, с мутными глазами.

— Левисы интересуют? — спрашивает он, зыркая по сторонам.

— Артур интересует, — отвечаю я. — Видел его?

— А зачем тебе Артур? — пожимает кент плечами. — Бери у меня, у Артура дороже. У меня дешевле и стопроцентная фирма́.

— Я ничего не покупаю, — машу я головой.

— Только менты ничего не покупают, — щерится он.

— Менты, как раз, покупают, а я нет.

— А чё ты хочешь у Артура? — наседает кент. — А? Чё ты хочешь? Чё ты хочешь? Скажи, я точно дешевле предложу.

— Спасибо, брат, — качаю я головой. — Пока ничего не надо. Ты прав, денег нет.

— А чё тогда трёшься здесь? Давай, киздуй отсюда, в коммунизм, нах. Там всё бесплатно дают.

Можно, конечно, и у кого-то другого спросить про этикетки, но только не у него, больно рожа неприличная, да и манеры так себе. Явно не из серьёзной фарцы. Кидала.