Весь увитый венами, точащий из густой поросли волос, с совершенно обнаженной мощной, красной головкой. В горе стало еще суше и я всхлипнула. Я его не то что в рот взять не смогу, я его рукой не обхвачу. Как расслабиться, как не сойти с ума от паники? Член мужа по сравнении с этой махиной казался теперь тонкой небольшой сосиской.
- Ты что раньше не сосала никогда? – спросил нагло, обескураживающе. Так что от звука его голоса стало плохо. Не ответила, замялась. Скорее никогда.
- Рукой его обхвати! И в рот бери.
Пошире открой.
Открыла широко рот, зажмурилась, но взять так и не смогла. Пальцами обхватила, а они не сходятся.
- Носом дыши. И будь умницей.
Схватил меня за голову и толкнулся в мой рот. От ширины его органа свело скулы, заболели от натяжения уголки рта. На вкус он был солоноватый, я напряглась, ожидая рефлекса, сжалась всем телом. Он сделал толчок, и я захлебнулась. Несколько раз толкнулся, скорее безрезультатно, потому что меня словно заклинило, потом вышел, удерживая меня за волосы.
- Давай на постель!
Сама не понимаю, как по щекам текут слезы. Рот теперь с трудом закрывается, я делаю что-то не так. И за это может наказать. Я не представляю как его член войдет в меня. Я разорвусь. Я никогда не смогу его принять.
Я бросилась на постель, хватаясь за одеяло, но он отшвырнул его в сторону.
- Холодно не будет. Не бойся. Или ты спать собралась?
Хохотнул гортанно, сверкнув белыми зубами в полумраке. Снова отметила, что он зверски красив, но при этом так же отталкивающе жесток и мерзок.
Подошел к постели, я боялась смотреть на него, на его орган, привкус которого все еще ощущала у себя во рту. Я хотела попятиться к стенке, но меня схватили за ноги и подтянули на самый край, бросив поперек постели.
Захотелось кричать, но я не сделала этого. Наверное, потому что боялась. Надо терпеть, надо просто расслабиться, потому что это все равно произойдет.
Но как расслабиться, как? Мне безумно страшно, неловко, стыдно и вообще не знаю как мне.
Просто отвратительно. Но злить его я не хотела. Пока что он обходился со мной нормально, не бил, не издевался. Но мне казалось, что этот зверь способен на что угодно. Способен напасть в любой момент, слететь с катушек. Насилия я боялась больше всего, страданий, надругательств. Хотелось верить, что этот мужчина не такой."
"Марат навис надо мной, как каменная глыба, как гора. Огромный, волосатый, мощный. Казалось, он раздавит меня своим весом.
