Но и член у него был в несколько раз меньше, чем у Марата и намного тоньше.
Пока он двигался со всей адской мощью я кусала губы и думала о том, что чем-то провинилась в этой жизни. Сделала что-то плохое. И Бог наказывает меня. Вначале ребенок…потом измена и предательство Никиты и Вероники, а теперь этот кошмар.
Как же я не ненавижу то, как он двигается во мне. Ненавижу его хриплое прерывистое дыхание. Не стоны, а какое-то ухканье звериное, когда врезается в меня глубоко и что-то говорит, шепчет. Давит, лапает, и кажется, что взявшись за мою грудь он буквально натягивает меня на свой член.
Соски саднит от его пальцев, между ног печет от трения.
Неужели кто-то может испытывать от этого удовольствие?
Зверина, чудовище волосатое. Озабоченное, похотливое, агрессивное. Я его боялась до дрожи во всем теле.
Эти толчки они вроде уже были менее болезненными, но до унизительными, растаптывающими. Я слишком сильно их ощущала. Как распятая, натянутая на кол бабочка, ей оторвали крылышки и теперь мучают до полусмерти.
- Маленькая…кукла….
Скольких он называет куклами. Безымянно, безлико. А то, что я маленькая я и так знала, чувствовала, почти разодранная его членом, растянутая так сильно, что кажется кожа вот-вот лопнет. Сломанная кукла.
Когда он кончал, то начал реветь как монстр, хрипло, громко. Вся моя спина была забрызгана его спермой. Дернулся несколько раз, рухнул рядом на кровать, а я с трудом стояла на четвереньках и пошатывалась. Мои ноги не сходились, они болели и ныли. Влагалище словно растерто до крови.
Потом, когда мылась удивилась, что крови на самом деле нет. Только опухшее все, болезненное. Соски красные, твердые. Дотронуться больно. И низ живота тянет.
Теплая вода немного успокоила жжение, вымылась до красноты кожи, потом стояла под струями воды. Думала. Если отпустит сейчас…куда идти. Ни денег, ничего. Какие-то копейки в сумочке, карточка с парой тысяч."
"Я оделась в свою одежду, которую сняла вчера, волосы расчесать не смогла, провела по ним руками. У меня даже куртки нет…она осталась в клубе.
Когда вышла из ванной комнаты Марат уже был одет и разговаривал с кем-то по телефону. На чужом языке. Я медленно выдохнула. Наверное, я могу уйти. Тем более дверь слегка приоткрыта.
Попятилась к ней, взялась за ручку и вдруг услышала резкое и оглушительное%
- Стоять!
Замерла.
- Куда собралась?
Ответа на этот вопрос не было.
- К долбоебу своему пойти хочешь, да? Так он там подружку твою пялит. Отмечает отжатую жилплощадь.
