Нашла статьи, видео, интервью. Им восхищались. Он был обожаемым Дьяволом. Везде было написано о его женщинах, романах, связах. Красивых женщинах, божественных, привлекательных. Моделях, актрисах, дочерях влиятельных людей и политиков. Сексуальные, яркие самки. Как будто о нем только и мечтали. Его фанатки заводили о нем блоги, снимали видео, писали какие-то выдуманные истории. Бесконечный флирт, дикое женское поклонение и восхищение. Я никогда не встречала ничего подобного. Ему предлагали себя. На его боях срывали с себя одежду, швыряли на сцену нижнее белье, его имя вырезали на голой груди.
Одна женщина прямо возле ринга проколола соски и вдела в них кольца с цепочкой с именем «Марат». Другая в истерике пыталась покончить с собой.
И мне хотелось плеваться, видя все это. Они ненормальные. Я никогда не стану одной из них.
О чем они мечтали? О звере? О монстре? Они даже не знают, что он такое. Жестокое животное. Опасный, наглый хищник, возомнивший себя царем Вселенной.
Мне хотелось одного.
Убежать. Но я не могла. Он меня не отпустит сам. Я это чувствовала все сильнее и сильнее. Я попалась в его титановый капкан, утыканный шипами внутри и снаружи. Все в нем пугало меня. И я не знала, что ждет меня впереди. В какой момент его настроение изменится. Ведь я не интересна ему. Он использует только мое тело. Он не знает как я жила, что мне нравится, ничего обо мне как о личности. Ему наплевать. Он жаждет только моего тела.
Я вспомнила как он сидел недавно, вальяжно развалившись в шикарном кожаном кресле.
Огромный, сильный, накачанный. С божественным телом, на которое невозможно смотреть без восхищения, и даже я при всей своей ненависти к нему не могла не признать, что он великолепен. Безупречен. Если бы Дьявол мог воплотиться, то он скорей всего выглядел бы как Марат Салманов.
Потому что такой взгляд мог быть только у Сатаны. В его черных глазах я могла прочесть только одно – адскую похоть. Дикую, первобытную, невыносимую похоть. Он хотел меня.
И я это чувствовала, ощущала каждой молекулой своего тела. Он наблюдал за мной. За моими движениями, за тем, как я ем, что я делаю. И нет, я не могла сказать, что он смотрит. Он не умеет просто смотреть. Он жрет. Он просто сжирает меня своими черными глазами. И это происходило все время. Этот взгляд терзал меня, пытал, причинял страдания. Я боялась. Я постоянно находилась в состоянии страха и настороженности. Мне было жарко и холодно одновременно.
