Чего хотят…

Хотя они сейчас в таком состоянии, что и слона бы на танцполе не заметили. Но я-то пока могу более или менее соображать, вот заметил же, что Лондон вновь куда-то испарился.

Я сделал еще один глоток кисло-сладкой жидкости и понял, что что-то не так. Нет, в мозг она ударяла не сильнее, чем первые бокалы, но мне стало хуже. И наконец я понял, что произошло, и жалобно, чтобы никто не заметил, глянул на Олега. Он увидел мое страдальческое лицо, тут же помог встать и быстро под шумок увел в уборную.

— Что такое? — спросил Релинский, помогая приподняться.

— Чертовы апельсины… — пробормотал я. По-моему, я уже как-то упоминал при нем, что у меня аллергия. Но как я мог не понять, что в тот коктейль добавлен апельсиновый сироп или сок? Даже запаха не почувствовал. А смешение непереносимого фрукта с алкоголем усилило реакцию. Я кое-как смог прополоскать горящий рот и умыть лицо.

Вроде стало полегче, но, черт, не самое приятное состояние. Хочу домой, а то сейчас точно отключусь. И что я тут делаю? Повис на Олеге, прижимаясь к нему, потому что ноги отказываются меня слушаться. От него пахнет тем же самым парфюмом, что и в шкафу, а еще его собственным телом и водкой. А он что делает?

Неожиданно прислоняет меня к стене, легонько кусая в шею, и его руки спускаются ниже, забираясь под рубашку. Исследуют тело, по которому катятся маленькие капельки пота.

В глазах темнеет. Только бы не потерять сознание… Хватаюсь за его плечи, пытаюсь что-то сказать… Тщетно, язык перестал слушаться."

"Рубашка сползает с плеча. Олег оставляет следы на моей шее и ключицах. У меня вырывается короткий стон. Знаю, что он чувствует мою реакцию на эти действия. И я понимаю, что Олег заведен еще сильнее меня и тяжело дышит мне на ухо.

— Все нормально, я запер дверь.

Не знаю, куда деться. Где-то на периферии сознания маячит мысль, что надо оттолкнуть Олега, что мне этого совсем не хочется. Но слабость из-за алкоголя и недавнего приступа не дает этого сделать. В тишине четко звучат обрывистые мысли.

Хочу его…

Кажется, я чувствую прикосновения пальцев Олега абсолютно по всему телу. Противоречивые эмоции мечутся в грудной клетке. Снова стон. Пытаюсь как-то протестовать, но ни черта не получается.