Чего хотят…

С возрастом все труднее притворяться девушкой. Сломался голос, да и прочее… Вряд ли отцу вообще нужен такой наследник, как я. Да и мне что-то общее с ним иметь мало уже хочется. Может, уеду куда-нибудь после того, как диплом получу.

— Я даже не знаю, что на это все сказать, — действительно, столько всего нужно было переварить.

— Да, в этом моя слабость. Стоит найти слушателя, так сразу готов душу наизнанку вывернуть.

— Мне правда хотелось бы, чтобы… ты не потерял настоящего себя, что ли. Мне вот без разницы, как там тебя на самом деле зовут, мальчик ты или девочка.

— Спасибо, — искренне улыбнулся Валера, а затем вдруг положил голову на мои колени. — Эх, как же жаль, что ты не мой тип… много желающих…

— Кстати, — стараясь не заострять внимание на последней его мысли, я спросил: — А как же Женя? Он не знает?

— Нет! — воскликнул Бартович, а потом в мольбе сложил руки. — Пожалуйста, не говори ему!

— Но так нельзя! Это обман. Он же думает, что Лера — девушка.

— Я знаю, — захныкал парень. — Но он такой классный, я просто не удержался, когда он сам предложил.

— Рассердится? Да как бы он в окно от шока не выпрыгнул. Я точно знаю — он не гей.

— Ну… Может, все можно исправить?

— Как ты собир… — начал я, но осекся. В прошлом месяце и я считал, что гетеросексуален. Нет, конечно, Женек другое дело. Он типичный бабник. Именно это я и сказал Валере.

— Но, может…

— Никаких «но». Ты должен ему все рассказать, и чем скорее — тем лучше.

— Да, ты прав, — вздохнул Валера, а потом щелкнул меня по лбу. — А ты соображаешь. Если бы со своими проблемами мог разбираться так же, как с чужими…

— Проблемами? У меня нет никаких проблем, — непонимающе пожал плечами я.

— Ну-ну, — кажется, мне совсем не поверили. — Ладно, мы завтра с Жекой гулять собрались, тогда я ему и расскажу. Но в универ все равно надо будет ходить девушкой, а то не представляю, как к этому другие отнесутся.

— У меня — никаких. Поеду домой, приберусь, домашку сделаю, в комп поиграю.

— Да, бедняжка, все тебя кинули. Но порой побыть одному тоже важно. Можно поразмыслить о разных вещах.

Я вновь сделал вид, что ничего не понял. Глянул на часы: восьмое мая уже закончилось.

— Ладно, я тогда пойду к себе. Еще раз извини, что ворвался.

— Нет, я правда рад, что ты тут. Останься, пожалуйста.