Чего хотят…

Неужели все еще искренне надеюсь с ним подружиться? Иначе почему на лабах по физике мы неожиданно опять оказались рядом? Нет, просто дело в том, что над лабораторной работой надо корпеть в паре. По обыкновению я делал задания вместе с Женей, но сейчас неожиданно он решил помочь Лере. Насколько я успел понять из очень короткого объяснения, они пересеклись в библиотеке, и по пути на пару девушка пожаловалась о своих проблемах с физикой. Как же я забыл, какой Леонов рыцарь, что тут же решил прийти на помощь даме в беде.

Таким образом, Олег вновь оказался моим соседом.

Но что теперь будет с Денисом? Его же не могут посадить, верно? Ну не могут посадить человека за то, чего он не совершал! Ну а если вдруг… Нет, никаких вдруг! Я абсолютно уверен, что мой друг невиновен и по-другому быть не может!

— Я не верю в это, и все! — рявкнул я. Вслух.

Олег оторвал глаза от тетради и посмотрел на меня.

— Сомневаюсь, что это имеет какое-то отношение к лабораторке. И во что же вы не верите, товарищ Станиславский?

— В то, что… Э-э… Неважно, — буркнул я.

Черт, а ведь меня просто подмывало сейчас выговориться.

— Переживаешь за своего друга, да? — у меня и так все на лице написано. — Видно, между вами очень крепкая дружба. Неужели все началось с одинаковых портфелей?

— Что? — сначала не понял я, а потом вспомнил, что рассказывал о чем-то подобном Олегу. — Ах, это. Нет, на самом деле не… Честно говоря, я вообще его какое-то время ненавидел.

— Да ну? А почему?

Я открыл рот, но потом вновь его захлопнул.

Ну почему мне так и хочется сейчас рассказать об этом Релинскому? Видя, что я опять ушел куда-то в себя, и неизвестно, надолго ли, Олег вновь обратился к своим вычислениям. Я тяжело вздохнул.

— Это было еще в пятом классе…

Кто-то хочет стать друзьями

Бесит. Бесит. Как же меня все это бесит! Точнее, не все, а в последнее время эти трое. Барков, Дорофеев и Ветров. Дружная троица, блин. Не знаю точно, почему они так спелись. В первый год я еще ни с кем не подружился, только кое-как запомнил имена своих одноклассников.

Школа — это вам не детский сад, тут все сложнее. А к средним классам я имел возможность убедиться, что друзей надо выбирать тщательно. Но пока у меня получалось тщательно выбирать только врагов. Диман Барков был самым крупным в нашем классе, ходил в какую-то спортивную секцию. Видимо, на сумо. Дорофеев Никита по сравнению с ним казался настоящим дрищом. Вообще про него мало что было известно, эдакая «темная лошадка».