Чехов. Книга 11. Трофей некроманта

Также пояснил, что каждый столик здесь изолирован от соседних, и мы могли не опасаться, что наши разговоры смогут услышать другие гости заведения. Мы расселись за столом, и официант положил перед каждым из нас меню. И Фома довольно прищурился, осматривая заведение.

Здесь было свежо. Солнечные лучики отражались от хрустальной посуды на столе и отбрасывали блики на наши лица. Яблокова неспешно пила светлое хмельное из бокала и щурилась при каждом глотке. Кажется, ей нравился янтарный напиток, который нам подали вместе с ломтиками сыра и орехами.

Фома отказался от хмельного, сославшись на то, что ему еще надо вести машину. Арина Родионовна лишь делала вид, что пьет, однако на самом деле только прикасалась губами к краю бокала и возвращала его на стол. Я же открыто признался, что не в настроении сейчас пить.

— Правильно. Это ужасно вредно, — внезапно поддержала меня Людмила Федоровна и хитро усмехнулась. — К тому же мне больше достанется.

— Вы бы не налегали, — простодушно заметил Питерский.

— Это хмельное только с виду такое легкое. А на деле вполне может сильно замутить голову.

— В моем возрасте можно позволить себе быть немного мутной, юноша, — хихикнула женщина. А потом заговорщически добавила: — Скажу вам по секрету, что горячительное меня не особенно берет. Все оно перегорает в моей крови так быстро, что я едва успеваю ощутить приятную легкость и шум в голове.

— Все алкоголики так говорят, — нахмурился Питерский. — Я не посмотрю, что вы взрослая и закрою дома шкафчик с вином!

— Ты уже и сигареты у меня отобрал, — с показным недовольством хмыкнула Яблокова.

— Они вредные, — не стал отпираться парень. — А вы мне нужна здоровой. Я ведь о вас беспокоюсь, Людмила Федоровна. Хочу, чтобы вы жили долго.

Моя соседка бросила на Фому лукавый взгляд, а потом покачала головой.

— А точно не потому, что тебе не нравится табачный дым и ты от него чихаешь?

Парень мотнул головой и упрямо повторил:"

"— Я хочу, чтобы вы жили долго.

— И как я могу на тебя обижаться, когда ты такой хороший? — вздохнула Яблокова и отодвинула от себя бокал.

Потом взяла кусочек сыра и закинула его в рот. К нам подошел распорядитель и водрузил на стол большое блюдо, наполненное крупными вареными раками, разрезанными повдоль. Они были горячими, присыпанными рубленной петрушкой, по краю блюда расположились небольшие четвертинки лимона, сок из которых надлежало выдавливать поверх лакомства самостоятельно.