Чехов. Книга 11. Трофей некроманта

Некрасов поднялся по мраморным ступеням, и мужчина в черной ливрее тут же открыл перед нами дверь, любезно поклонившись. Очевидно, юрист был в этом заведении частым гостем.

— Спасибо, дружочек, — ласково поблагодарил Иван Петрович, протягивая привратнику мелкую купюру.

Мы прошли в холл, откуда распорядитель проводил нас к одному из столов, за которым нам удалось с комфортом разместились.

— Подай нам барский сбор, — небрежно бросил парню Некрасов и отослал его нервным движением ладони.

Лишь затем я осмотрелся, оценив, насколько далеко друг от друга расположены островки столов.

— Здесь можно проводить деловые встречи, — понял мой интерес Иван Петрович. — Удобно, что простому люду тут питаться не по карману. Я наслышан, вы помогаете неблагородному населению. Но полагаю, что делаете это не по простоте душевной. Думаю, однажды вы станете главой Сената.

Я не взялся комментировать слова юриста, предпочтя придать лицу загадочный вид. Мужчина принял мое молчание за согласие с его словами и приосанился, удобнее устраиваясь в плетеном кресле.

— Мы же с вами понимаем, что каждый должен знать свое место, — довольно произнес он.

Затем добавил довольно сухо:

— Итак, Павел Филиппович, меня уже ввели в курс дела, по поводу которого вы прибыли к нам…

— Мне придется написать жалобу в рабочую инспекцию, — начал я, но Иван Петрович тут же меня перебил.

— Уверяю вас, это обычное недопонимание, — заверил он. — Зачем беспокоить Рабочую инспекцию по такому пустяковому делу?

Я внимательно взглянул на сидевшего напротив меня человека.

— Хорошо, — согласился я. — Но сами понимаете, мой клиент должен быть защищен от незаконного увольнения.

— Даю слово аристократа! — поспешно произнес Некрасов.

Беседу прервал официант, он поставил на стол перед нами поднос, на котором стоял исходящий паром чайник и две чашки.

— Очень советую попробовать местный отвар, — порекомендовал Иван Петрович. — Его делают по особому рецепту, который держат в строгом секрете. А за чаем мы пообщаемся о вашей практике. В ней наверняка было множество очень интересных случаев.

Я взглянул на часы и произнес, добавив в голос сожаления:

— Увы, Иван Петрович, но у меня много дел.