Чехов. Книга 12. Танец со смертью

Призрак выпучил глаза и принялся царапать мохнатую руку удлинившимися когтями.

— Сколько же в тебе грязи… — просипел Питерский и, приподняв духа над землей, зарычал.

Пространство содрогнулось. Мир словно замер, когда дух забился в сильной хватке шамана.

— Ты не достоин шанса на новую жизнь, — произнес Фома со странной торжественностью, и дух в его руке принялся светлеть, пока не стал практически прозрачным. После чего он вспыхнул и осыпался искрами на землю.

Фома отряхнул руку с видимым отвращением, а потом фыркнул, словно в нос ему попала соринка.

— Никто не пройдет во врата, если сам не захочет. Мы никого не заставляем. Но обещаю, что сам каждого оставшегося я изничтожу, — мрачно сообщил он.

— А сдюжишь? — испуганно уточнил кто-то.

— Он не один, — проговорил я, и тьма вокруг меня стала почти осязаемой. — Здесь не останется проклятых душ. Мы зачистим этот двор от призраков, чтобы живые могли служить закону и охранять порядок.

— То есть выбора у нас нет? — нахмурился здоровяк в робе.

— Почему же нет? — сурово ответил Питерский. — Подходи и попробуй бороться!

— Нет, господин хороший, дураков нет, — тотчас покачал головой черносотенец. — Ежели ты так легко самого Дикого угомонил, то других и вовсе одним пальцем испепелишь. К тому же я все же рискну и перейду на ту сторону. Как знать, может и получится стать кем-то, счастливее меня нынешнего.

— Однажды у каждого получится, — кивнул Питерский.

— Если врешь, то пусть это будет на твоей совести! — ответил за всех офицер.

— Спрашивай, — заявил мертвый заключенный.

— Хорошо, — продолжил я. — Итак, сперва я хочу узнать, что случилось с трупом Андросова. Кто к нему подходил, что делал…

Призраки снова переглянулись. А затем один из них ответил:

— Никто, мастер-некромант. После того как бунт пресекли, мертвого Андросова погрузили в машину и увезли.

— Кто грузил?

— Жандармы в форме третьего отделения.

— И ничего странного не было?

Призраки покачали головами:

— Ничего.

— Вот оно что… — пробормотал я. Выходило, что тело превратили в бомбу не в остроге. — И отметин никаких на трупе не было?

— Отметин?

— Чего-то неправильного, отчего у вас чуйка бы взвыла, — охотно пояснил Фома. — Например, на трупе появились буквы, которые никто из обычных людей не стал бы на нем малевать…

Призраки замотали головами, подтверждая мою теорию.