Чехов. Книга 12. Танец со смертью

— Восемнадцать членов, и сочувствующие, которые помогали нам, — ответил Филипп Петрович. — И этот небольшой состав годами терроризировал преступный мир, избавляя город от бандитов. И запугивая преступников. Несколько группировок развалилось. Другие были ослаблены и после уничтожены конкурентами. А еще, из-за нас сняли с должности тогдашнего начальника третьего отделения. Впрочем, и поделом. Не очень приятный это был человек.

— А кто остался?

— Я и еще пара человек, — уклончиво ответил Филипп Петрович.

— Имена их я называть не буду. Достаточно моего слова в том, что никто из них не стоит за делом с трупом Андросова. Остальные мертвы.

Старший Чехов замолчал, глядя на нас.

— Отчаянные времена требуют отчаянных решений, — первым произнес Питерский. — Если бы не вы, кто знает, сколько еще безвинных людей бы погибло. Как у той питейной."

"— Александр Васильевич был одним из тех людей, кто входил в состав, — вдруг прищурившись, задумчиво произнесла Нечаева.

— Он часто заезжал в гости к моему отцу, когда я была совсем маленькой. И не должна была этого помнить. Они обсуждали какие-то дела с отцом, в его кабинете. А иногда, ночью раздавался телефонный звонок. А через несколько минут, за отцом и мамой приезжали люди. Александр Васильевич был с ними. И очень часто он оставался присмотреть за мной. А отец и мама уезжали вместе с незнакомыми людьми. И возвращались только утром.

Я же кивнул, вспоминая, как отец и мачеха тоже часто уезжали среди ночи после звонка телефона, оставляя меня под присмотром няни.

Филипп Петрович и Маргарита возвращались утром

— Мастер Морозов тогда еще не был кустодием, — ответил отец. — Александр Васильевич всегда сравнивал убийство бандитов с уничтожением нечисти. Он говорил, что нежить не должна гнездиться в городах и жрать людей. По мне это сравнение было чудным, но действовал он с каким-то фанатизмом. Я видел мало людей, у которых так горели глаза.

— А что было потом?

— Смута начала заканчиваться.

Я уже занял пост начальника третьего отделения, Александр Морозов строил карьеру в службе кустодиев. Свод законов уголовных и исправительных начал работать, И бандитов стали отправлять в остроги. Время самосуда прошло, и мы просто залегли на дно.

— Ты сказал, что в живых осталась пара человек, — напомнил я. — Включая Морозова. Где остальные?

— Погибли, — просто ответил отец. — Один за другим.