Чехов книга 6. Договор на крови

Капюшон соскользнул с его головы, открывая длинные волосы, собранные в хвост.

Я обернулся к Арине Родионовне, которая сидела рядом со мной, и с интересом наблюдала, как я общаюсь с пустым водительским креслом, и пояснил:

— Наш водитель рассказывал про место, куда мы едем.

— Жаль, я не умею слышать призраков, — вздохнула Нечаева. — Наверное, это здорово упрощает повседневную жизнь.

— Не всегда, — ответил я, вспомнив мертвых невест на заброшенной мануфактуре."

"— Призраки не станут слушать кого попало, мастер, — ответил культист, видимо, забыв, что Арина Родионовна не может его слышать.

 — Для того чтобы призрак помогал, нужно либо подчинение, либо чтобы призрак уважал колдуна. А если нет ни того, ни другого, такое общение быстро потерпит фиаско. А то и чего похуже случится.

Я перевел слова культиста Нечаевой, и она хмыкнула:

— Действительно. Как-то я об этом не подумала.

Я рассказал Арине Родионовне историю культа, в котором состоял Ярослав. Девушка удивленно нахмурила брови, слушая мой рассказ.

А когда я закончил, произнесла:

— Кажется, я читала про это в Сети. Мне этот случай показался очень интересным. А выходит, к вам на службу поступил один из участников тех событий. Павел Филиппович, можете помочь мне поговорить с Ярославом? Мне было бы интересно узнать, как был устроен их культ, как они выбирали жертв, и еще некоторые подробности.

Глаза девушки блеснули интересом, и она умоляюще взглянула на меня.

— Если он захочет, — ответил я, и сидевший за рулем культист довольно улыбнулся:

— Почему бы не поговорить? Тем более, с такой умной госпожой.

— А ему будет не тяжело вспоминать прошлое? — заботливо уточнила Нечаева.

Призрак помедлил с ответом, а затем произнес:

— На месте Великого Отца я бы, наверное, сделал то же самое. Когда ты существуешь между мирами и испытываешь постоянный голод, ты готов пойти на что угодно. Голод — это очень больно. Поверьте, он сжирает тебя изнутри, постепенно сжигая в тебе все эмоции, воспоминания. Все, что делало тебя тобой. Я видел по-настоящему голодных призраков.

Тех, у кого не осталось даже воспоминаний о себе прежнем. У них осталась лишь лютая жажда, которую уже ничем не утолить. И даже полученная еда не спасает от пустоты, которая уже образовалась внутри и тянет… тянет…

Глаза парня на мгновенье затуманились, и он тряхнул головой, будто пытаясь отогнать тяжелое воспоминание.

— Мы сами создали себе кормовую базу, — продолжил культист.

— А теперь?

Призрак усмехнулся, но ничего не ответил.