Чехов 7. Императорская охота

И теперь Маргарита неделю будет ходить как зомби. Но мачеха встала, и они вместе с отцом направились в комнату.

— Я тоже хочу отдохнуть, — произнесла бабушка. — Уж очень утомительным выдался день. Тебе нужна помощь? Быть может поделиться силой или тебе хватило той, что дала тебе Арина Родионовна.

— Хватило, — коротко отозвался я.

— Она очень милая девушка. И семья хорошая. Редко встретишь настолько чутких людей.

— И с таким уровнем силы, — продолжил я за княгиней.

— Да? — невинно уточнила она. — Я как-то не заметила.

— Что ты хочешь знать? — я потер переносицу.

— Все. Но мы поговорим в другой раз. Я не хочу, чтобы ты считал меня деспотичной.

— Поздно, — бросил я. — Я тебя считаю таковой лет с десяти.

— А до этого ты сомневался? Наивный мальчик, — фыркнула княгиня и пошла прочь из комнаты.

Она вышла из гостиной, и я остался один. Прошел к столу, сел в кресло. После магии Нечаевой я чувствовал себя намного лучше. А кожу до сих пор приятно покалывало.

Положил топор на столешницу и взглянул на стоявшего рядом призрака, который все это время с любопытством наблюдал за происходящим.

— Наверное, надо провести ритуал. Если ты не передумал.

Призрак замотал головой:

— Нет, мастер Чехов.

— Тогда повторяй за мной, — произнес я. — Послужил при жизни и ещё послужу в посмертии.

Минин слово в слово повторил слова клятвы. Миг — и на призрачном теле проступили рунные рисунки. И парень довольно улыбнулся.

— Сработало, — произнес я и покосился на лежавший на столе топор. — Отлично. Не придется таскать эту штуку.

— Дух стихии может вытягивать силу из раненого противника, — был мне ответ. — Это вызывает очень сильный эффект. Как тот, что вы ощутили, когда девушка-лекарь вливала в вас силу.

— Вот как? — протянул я и уже совсем по-другому посмотрел на артефакт.

— И вы постоянно носите с собой оружие?

Парень покачал головой:

— Его можно призвать через астрал. Прямо перед боем. Дух откликается на активацию силы бойца.

Телефон в кармане звякнул, и я прочел сообщение от Арины Родионовны.

В большом окне, гостиной, вдруг мелькнул силуэт человека, который отвлек меня от беседы. Я выглянул наружу. По улице неторопливо шел мужчина в плаще и широкополой шляпе, которые обычно любили носить кустодии. Эта картина была какой-то неестественной. Словно кадра из наивного семейного фильма, где девочка в белом платье ночью качается на качелях, напевая песенку детской считалочки.