Чехов 7. Императорская охота

Я с интересом взглянул на гостя, ожидая продолжения. И жандарм произнес:

— Мне нужно забрать у вас тот амулет Искупителя.

— Вы стали верующим? И в храм теперь будете ходить по выходным. Пожалуй, я составлю вам компанию.

— Если от меня потянет дымом, вы мне поможете и тем самым спасете репутацию почти святого некроманта.

— Боюсь, что вы начнете сиять нимбом, — проворчал парень. — Но мне нужен кулон, к которому привязан этот Чума.

— А, да, — рассеянно ответил я и уточнил. — Делу против Самохвалова дали ход?

— И боюсь, все обвинение будет строиться только на показаниях свидетеля.

Я прошел в кабинет, вынул из ящика стола потускневший от времени амулет, и передал его Иванову.

Жандарм с опаской взял предмет, повертел его в руке, рассматривая.

— Призрак скорее всего во дворе, — предположил я.

— Скорее всего? Вы не следите за ним?

— И как вы себе это представляете? — хмыкнул я.

— Я даже не знаю, как это работает, — признался Дмитрий и осторожно убрал в карман амулет. — Благодарю, Павел Филиппович, — произнёс он. — У меня будет к вам еще одна просьба.

— Мне нужно будет написать ходатайство на вызов вас на допрос и в суд во время процесса. Как эксперта по работе с призраками. У жандармерии Империи нет опыта по работе с такими свидетелями.

— Ну, если это нужно, то я не против, — ответил я, и на лице Иванова проступила довольная улыбка:

— Благодарю вас, мастер Чехов.

— Мне нужно поговорить с Чумой, — произнёс я. — Дать ему пару наставлений, чтобы беспокойный призрак не хулиганил в хранилище улик.

При упоминании о хулиганящем призраке Иванов едва заметно побледнел, и я поспешно добавил:

— Все будет хорошо, — заверил я жандарма. — Такое ощущение, будто это единственный призрак, который будет жить в вашем отделе, право слово.

Лицо жандарма побледнело еще сильнее:

— А их там… Много? — слегка заикаясь, произнес он. — Я ведь думал, что вы шутите, пытаетесь меня попугивать.

— Нет. Это не так, — я улыбнулся. — В отделениях жандармерии, острогах и на каторгах всегда хватает темной, отрицательной энергии. Насилие, психологическое давление, издевательства и злоба задержанных будут притягивать духов.

Про подозреваемых, с которыми переусердствовали при допросе, и которые пополнили ряды местных озлобленных призраков, я говорить не стал. Но мне показалось, что жандарм сам прекрасно все понял.