Чехов 7. Императорская охота

— Чтобы мяту ногами размял, и вы ее почуете, — догадался Фома и они с бухгалтером понимающе переглянулись.

— У нас не настолько острое обоняние — возразила Софья Яковлевна. — На самом деле в мяте отчего-то полюбили селиться местные сверчки. Они по ночам довольно громко трещат. И если кто-то ступал в ароматную траву, они враз замолкали. От такой звенящей тишины я сразу просыпалась.

— Умно, — заметил я.

— Я никогда не полагалась только на свою силу. Потому что у твоего противника она тоже может быть.

Фома направился к машине в сопровождении князя, который довольно по-простому расспрашивал его о транспорте. Слуга с готовностью поделился мнением относительно «Победы», не забыв упомянуть свою ласточку.

— Павел Филиппович сказал, что по статусу нам не положена простецкая машина, — поделился он.

— А в Смуту в охранке были только такие, — удивил меня князь. — Я сам на такой катался по делам. Дорогие автомобили могли попытаться угнать.

— Неужто у аристократов угоняли? — поразился мой помощник.

— Тогда были такие времена, что каждый пытался урвать свой кусок. Люди творили разные бесчинства, не задумываясь о последствиях. И многие погибли по глупости.

Он отчего-то взглянул на Виноградову, которая сделала вид, что не заметила этого разговора. Призрачная дама с преувеличенным вниманием выслушивала от княгини советы по разведению мяты, которую с готовностью позволила выкопать.

— Она тут особенно ароматная. Нигде подобной не встречала, — говорила княгиня, которая тоже отчего-то делала вид, что тема рассады кажется ей очень увлекательной.

«Спелись», — подумал я обреченно.

Когда машина скрылась вдали, мы повернулись и зашагали в сторону дома хозяина этих мест.

Дорога до резиденции императора оказалась недолгой. И едва мы прошли через ворота, я остановился, пораженный ее размерами. Казалось, что в лесу не должно быть таких зданий.

Особняк в три этажа выглядел величественным. Возможно потому, что был выложен из благородного белоснежного мрамора, с золотистыми прожилками, которые переливались в лучах солнца.

К порогу вела дорожка из камня, вдоль которой росли аккуратно подстриженные кусты. Над крыльцом нависала крыша, поддерживаемая двумя колоннами, обвитыми диким виноградом.