Чехов 7. Императорская охота

За ними последовала и бабушка, оставив нас в гостиной вдвоем.

— Наслышана о разбирательстве по вашему делу, мастер Чехов, — начала Свиридова, когда Софья Яковлевна покинула гостиную. — Мне очень жаль.

Я прошел к столу, сел в одно из кресел.

— Благодарю. Надеюсь, дело быстро разрешится, и я смогу продолжить практику.

Свиридова замялась, а затем произнесла:

— Ситуация серьезная, Павел Филиппович. Вы нарушили адвокатскую этику, и теперь вашему нанимателю грозит каторжный срок.

— Я сделал это непреднамеренно, — возразил я, и гостья лукаво улыбнулась:

— В уложении нет разделения, на умысел и неосторожность, мастер Чехов.

Да и скидок практикантам комиссия не предоставит.

— Но… — продолжил я, внимательно глядя на Свиридову.

Девушка удивленно подняла бровь:

— Но? — переспросила она, и я вздохнул:

— Обычно после такой речи следует «но». И предложение, от которого сложно отказаться.

Девушка закусила губу, подбирая слова. А затем произнесла:

— От вас невозможно что-то скрыть, Павел Филиппович.

— Итак, что за предложение? — полюбопытствовал я, догадываясь, что хочет сказать мне Свиридова.

— Протекцию, — просто ответила Елена Анатольевна. — Я замолвлю за вас словечко и пообещаю, что под руководством опытного наставника, начинающий адвокат больше не допустит таких ошибок. А вы перейдете в мой кабинет. До конца практики вы будете наемным работником, а после поступления в институт подпишем партнерское соглашение.

— И вместе, мы опутаем город своими щупальцами как спрут?

— Ну зачем так саркастично? — удивилась Свиридова.

— Вы очень талантливы. Признаться, я впервые вижу человека с такой блестящей практикой. И со мной вы можете выйти на новый уровень. Не консультировать простолюдинов и бастардов. Для вас откроются дороги к крупнейшим промышленникам Империи, дворянским семьям и крупным гильдиям. И заработок там будет исчисляться уже десятками тысяч.

— Понимаю. Но, видите ли, в чем дело, Елена Анатольевна. Кто-то должен консультировать простолюдинов и бастардов.

Девушка недовольно поморщилась:

— Не понимаю этой тяги к мало оплачиваемым делам, — фыркнула она.

— Такой вот я странный человек. Если это все — прошу меня простить. Сегодняшний день выдался очень уж утомительным. А завтра в полдень будет заседание, на которое мне нужно явиться со свежей головой.

— Понимаю. Мне тоже придется посетить на завтрашнее разбирательство.

Я удивленно вскинул брови:

— Вот как? Вы заседаете в большом жюри?

— Нет, — покачала головой гостья.